Книги про солдат

«Soldaten»: Война глазами немецкого солдата. Самопризнания в разговорах между собой

В ФРГ вышла книга «Солдаты» («Soldaten») — документальное исследование, посвященное военнослужащим вермахта.

Уникальной особенностью книги является то, что она построена на откровениях немецких солдат, которыми они делились друг с другом в лагерях для военнопленных, не подозревая, что союзники их прослушивают и фиксируют разговоры на пленку.

Словом, в книгу вошла вся подноготная, все то, о чем гитлеровцы избегали писать в письмах с фронта и упоминать в мемуарах.

Как отмечает журнал Spiegel, «Солдаты» окончательно похоронили миф о незапятнанном вермахте («Мы исполняли приказ. Жгли СС — мы воевали».) Отсюда и подзаголовок: «О том, как сражались, убивали и умирали» («Protokollen vom Kaempfen, Toeten und Sterben»).

Оказалось, что бессмысленные убийства, пытки, изнасилования, издевательства не были прерогативой айнзацгрупп, а являлись обыденностью для немецкой армии.

Военнопленные вермахта вспоминали о совершенных преступлениях как о чем-то само собой разумеющемся, более того, многие бравировали военными «подвигами», а уж раскаянием и угрызениями совести никто особенно и не мучился.

Как часто бывает, книга появилась благодаря сенсационной находке: немецкий историк Зенке Найтцель (Soenke Neitzel), работая в британских и американских архивах над исследованием, посвященном Битве за Атлантику, наткнулся в 2001 году на стенограмму прослушки, в которой пленный немецкий офицер-подводник с непривычной откровенностью рассказывал о своих военных буднях. В ходе дальнейших изысканий было обнаружено в общей сложности 150 тысяч страниц подобных стенограмм, которые Найтцель обработал вместе с социопсихологом Харальдом Вельцером (Harald Welzer).

За время войны в британский и американский плен попали около миллиона военнослужащих вермахта и войск СС.

Из них 13 тысяч были помещены под особое наблюдение в специально оборудованных местах: сначала в лагере Трент Парк (Trent Park) севернее Лондона и в Латимер Хаус (Latimer House) в Бакингемшире, а с лета 1942 года также на территории США в форте Хант, штат Вирджиния.

Камеры были напичканы жучками, кроме того, среди военнопленных были шпионы, которые при необходимости направляли разговор в нужное русло. Союзники, таким образом, пытались выведать военные секреты.

Если англичане прослушивали офицеров и высший командный состав, то в США пристальное внимание обращали на рядовых. Половину военнопленных форта Хант составляли нижние чины, даже унтер-офицеров было не больше трети, а офицеров — одна шестая часть.

Англичане сформировали 17500 досье, причем почти каждое из них насчитывает более 20 листов. Еще несколько тысяч досье было заведено американцами. Стенограммы содержат откровенные свидетельства представителей всех родов войск. Большинство военнопленных были захвачены в Северной Африке и на Западном фронте, однако многие из них успели побывать и на востоке, на территории СССР, где война была существенно иной.

Если во время войны союзников интересовали военные секреты, то современного исследователя и читателя, скорее, заинтересует возможность увидеть войну изнутри, глазами обыкновенного немецкого солдата.

На один из главных вопросов: как быстро нормальный человек превращается в машину для убийства, — исследование Найтцеля и Вельцера, дает, как отмечает Spiegel, неутешительный ответ: чрезвычайно быстро.

Возможность осуществить неприкрытое насилие является будоражащим экспериментом, и человек подвержен этому искушению гораздо сильнее, чем может показаться. Для многих немецких солдат «период адаптации» длился всего несколько дней.

В книге приводится стенограмма беседы между пилотом люфтваффе и разведчиком. Летчик отмечает, что на второй день польской кампании ему нужно было нанести удар по вокзалу. Он промахнулся: 8 из 16 бомб легли в жилом квартале. «Я не был этому рад. Но на третий день мне уже было все равно, а на четвертый я даже испытывал удовольствие.

У нас было развлечение: перед завтраком вылетать на охоту на одиноких солдат противника и снимать их парой выстрелов», — вспоминал пилот.
Впрочем, по его словам, охотились и на гражданских: цепочкой заходили на колонну беженцев, стреляя из всех видов оружия: «Лошади разлетались на куски. Мне было их жаль. Людей нет.

А лошадей было жаль до последнего дня».

Как отмечают исследователи, беседы, которые вели между собой военнопленные, не были разговорами по душам. Никто не говорил об экзистенциальном: жизни, смерти, страхе. Это было некое подобие светской болтовни, с подшучиванием и похвальбой. Слово «убить» фактически не употреблялось, говорили «прибить«, «снять«, «подстрелить«.

Поскольку большинство мужчин интересуется техникой, разговоры часто сводились к обсуждению вооружений, самолетов, танков, стрелкового оружия, калибров, а также к тому, как все это работает в бою, какие имеются недостатки, какие преимущества. Жертвы воспринимались опосредованно, просто как цель: корабль, поезд, велосипедист, женщина с ребенком.

Вот беседы летчиков:

«Я был над Эшфордом, — рассказывает один, который вспоминает полеты низко над городом в рамках так называемой «дезорганизующей атаки», — на рыночной площади было какое-то подобие собрания или митинга. Толпы народу, речи и все такое. Они даже не успели забрызгаться! Это было здорово!», — добавляет он.

Не желая быть превзойденным, его коллега продолжает: «Мы осуществляли атаку с малой высоты на Истбурн. Мы прибыли туда, и там был большой дом, где шел какой-то бал. Было много женщин в вечерних платьях, играла музыка. Первый раз мы пролетели мимо. Потом мы развернулись и задали им! Мой дорогой друг, ЭТО было великолепно!»

Еще один хвастался: «В нашем отряде я был известен как «профессиональный садист». Я уничтожал все: автобусы, гражданский поезд в Фолькерстоуне. Я сбивал каждого велосипедиста».

Соответственно, и сопереживания жертвам не было. Более того, многие из немецких солдат, чьи разговоры прослушивали союзники, не делали различия между военными и гражданским целями. В принципе, это и неудивительно. На первом этапе войны такое разделение еще соблюдалось хотя бы на бумаге, а с нападением на Советский Союз исчезло даже из документов.

При этом, по мнению Найтцеля и Вельцера, говорить о том, что вермахт полностью отказался от моральных критериев, было бы неверным. Война не отменяет моральных норм, но меняет сферу их применения. Пока солдат действует в рамках, признанных необходимыми, он считает свои действия легитимными, даже если они предполагают крайнюю жестокость.

Согласно этому принципу «отложенной морали», среди военнослужащих вермахта считалось, например, недопустимым стрелять в спускающихся на парашюте сбитых летчиков, а вот с экипажем подбитого танка разговор был короткий.

Партизан расстреливали на месте, так как в войсках было распространено убеждение, что тот, кто стреляет их товарищам в спину, лучшего не заслуживает. Убийство женщин и детей все же считалось в вермахте жестокостью, что, однако, не мешало солдатам совершать эти зверства.

Из разговора радиста Эберхарда Керле и пехотинца войск СС Франца Кнайпа:

Керле: «На Кавказе, когда партизаны убивали одного из наших, лейтенанту даже приказывать не приходилось: выхватываем пистолеты, и женщины, дети: всех, кого увидели — к черту».

Кнайп: «У нас партизаны напали на конвой с ранеными и всех перебили. Через полчаса их схватили. Это было под Новгородом. Бросили в большую яму, по краям со всех сторон встали наши и кончили их из автоматов и пистолетов».

Керле:. «Зря расстреляли, они должны были сдохнуть медленно»

Определение границ применения моральных принципов, как отмечают авторы книги «Солдаты», зависит не столько от индивидуальных убеждений, сколько от дисциплины, иными словами от того, рассматривает ли военное руководство те или иные действия как преступления или нет.

В случае с агрессией против СССР командование вермахта определенно решило, что акты насилия в отношении советского гражданского населения не будут преследоваться и наказываться, что, разумеется, привело, к росту ожесточения с обеих сторон на Восточном фронте.

Отмечается, что по сравнению с вермахтом и РККА западные союзники действовали более гуманно, хотя в ходе первой фазы операции в Нормандии пленных не брали и они.

Львиную долю в беседах военнопленных вермахта составляли «разговоры о бабах». В этой связи Зенке Найтцель и Харальд Вельцер отмечают, что война стала для подавляющего большинства немецких солдат первой возможностью выехать за границу и увидеть мир.

К моменту прихода Гитлера к власти иностранные паспорта имелись лишь у 4 процентов населения Германии. Война для многих стала своего рода экзотическим путешествием, где оторванность о дома, жены и детей тесно сопрягалась с ощущением полной сексуальной свободы.

Многие из военнопленных со вздохом сожаления вспоминали о своих похождениях.

Мюллер: «Какие чудесные кинотеатры и прибрежные кафе-рестораны в Таганроге! На машине я много где побывал. И кругом только женщины, которых согнали на принудительные работы».

Фауст: «Ах ты ж, черт!»
Мюллер: «Они мостили улицы. Сногсшибательные девочки. Проезжая мимо на грузовике мы хватали их, затаскивали в кузов, обрабатывали и выкидывали.

Парень, ты бы слышал, как они ругались!»

Впрочем, как явствует из стенограмм, рассказы о массовых изнасилованиях вызывали осуждение, хотя и не слишком резкое. Существовали определенные границы, за которые пленные солдаты вермахта даже в доверительных беседах с товарищами старались не переступать.

Рассказы о сексуальных пытках и издевательствах, жертвами которых были пойманные на оккупированных советских территориях шпионки, передавались от третьего лица: «В предыдущем офицерском лагере, где я сидел, был один тупой франкфуртец, молодой наглец-лейтенант. Так он говорил, что они…» И дальше следовало заставляющее содрогнуться описание.

«И представьте себе, за столом сидели восемь немецких офицеров, и некоторые улыбались этой истории», — заключал рассказчик.

В другом случае высокопоставленный немецкий военный офицер озвучил свое отвращение по поводу хихикающего рассказа одного младшего лейтенанта о том, как он и его люди насиловали так называемую «шпионку» в России, а потом забрасывали ее ручными гранатами. «Она даже не вскрикнула, когда они взрывались вокруг нее», — улыбался лейтенант.Осведомленность солдат вермахта о Холокосте, была, по всей видимости, большей, чем принято считать.Записи также демонстрируют, и не впервые, как обычная регулярная армия Германии, или Вермахт, часто радовалась тому, что принимала участие в Холокосте. «СС прислала приглашение на отстрел евреев», — вспоминает один подполковник на российском фронте. «Вся компания вышла с ружьями и перестреляла их. Каждый мог выбирать, кого ему застрелить».

Читайте также:  Книги про все интересное

В целом, разговоры об уничтожении евреев занимают не так много места от общего объема стенограмм — около 300 страниц. Одно из объяснений этому может состоять в том, что не многие военнослужащие знали об усилиях по целенаправленному решению «еврейского вопроса». Однако, как отмечает Spiegel, другое, более правдоподобное объяснение состоит в том, что уничтожение евреев было вполне обыденной практикой и не рассматривалось как что-то специально достойное обсуждения. Если речь заходила о Холокосте, то в основном о технических аспектах, связанных с уничтожением множества людей.При этом никто из участников разговора не был изумлен услышанным и никто не ставил правдивость подобных рассказов под сомнение. «Уничтожение евреев, как можно заключить со всей убедительностью, было составной частью мировоззренческих представлений солдат вермахта, причем в гораздо большей степени, чем было принято считать ранее», — заключают исследователи. Разумеется, в вермахте были люди, которые противились происходящему. С другой стороны, как отмечают авторы «Солдат», нельзя забывать, что армия была слепком тогдашнего немецкого общества, которое молчаливо приняло и установление нацистской диктатуры, и расовые законы, и репрессии, и концлагеря. Ожидать, что вермахт мог быть лучше остальной Германии, было бы нелогично.Книга несомненно вызовет переполох в Германии. Она также может вызвать возобновление крупного спора, который вспыхнул в 1995 году, когда историки устроили передвижную выставку о роли регулярной армии в Холокосте.ИСТОЧНИКИ: Secret tapes of 'professional sadists' reveal true story of German soldiers' war brutality
Frauen, Kinder, alles
Nazi War Crimes as Described by German Soldiers
http://www.lenta.ru/articles/2011/04/19/soldaten/
http://inopressa.ru/article/06Apr2011/independent/nazi.html
http://www.inosmi.ru/world/20110406/168135631.html

Источник: https://davidaidelman.livejournal.com/1000791.html

Год в армии :: Читать книги онлайн

1

Оглавление

Меня зовут Дмитрий Корнилов. В прошлом я военнослужащий, в настоящем — писатель, предприниматель.

Наверное, нет такого мальчишки, который в детстве не любил бы играть в «войнушки», не имел бы оружия и не мечтал бы стать похожим на какого-нибудь «крутого» парня из любимого боевика. Но, когда приходит время надеть настоящую военную форму и взять в руки уже совсем не игрушечный пистолет, а боевое оружие, многие не хотят быть героями.

Нам бы мира, добра и остаться дома. Так происходит почти без исключения. Так было и со мной. Мысль — стать военным, пугала меня, но я знал, что военкомат не оставит меня в покое до 27 лет. Учиться, придумывать болезни и скрываться не входило в мои планы. Вопрос нужно было решать раз и навсегда.

Окончательно и бесповоротно я собрал сумку, побрил голову и прибыл на областной сборный пункт.

В итоге, моё пребывание в рядах вооруженных сил Российской Федерации продлилось четыре года вместо одного.

Именно столько времени мне потребовалось, чтобы изучить всю «систему» изнутри, понять её принципы и механизмы, выявить суть и прочувствовать всё на себе. Я прослужил год срочной службы и три года по контракту.

Слава богу, я не был в горячих точках и не участвовал в боевых операциях, но про современную службу в армии я узнал достаточно, чтобы написать эту книгу.

Приятного чтения!

Дмитрий Корнилов.

Бесспорный факт: пока молодой и здоровый парень не приобрёл статус солдата, его представления о современной службе в армии очень и очень смутные. Виной тому многочисленные предубеждения и мифы, зародившиеся ещё во времена, когда служили наши отцы и даже деды.

Многие призывники полагают, что армия — это жестокая дедовщина, ужасное питание, бессонные ночи, физические издевательства над своим организмом, стройка дачи для командира, или еще хуже — командировки в горячих точках.

Для того, чтобы дать вам правильное представление о современной службе в армии необходимо развеять несколько наиболее популярных мифов, которые отбивают желание вообще связывать свою жизнь с армией. И только после этого мы подробно рассмотрим как происходит призыв в армию в наши дни. А пока в бой!

МИФ. «Дедовщина» есть до сих пор.

РЕАЛЬНОСТЬ. Наверное, «дедовщина» один из основных страхов призывника. Многие считают, что как только их привезут в воинскую часть, на них обрушится рота голодных и злых старослужащих разных национальностей, которые будут их беспричинно избивать, унижать, отбирать и ломать личные вещи и заставлять чистить зубной щёткой унитазы по ночам.

На самом деле сейчас остались лишь единицы таких воинских частей, в которых может произойти что-то похожее. Во многом благодаря укороченному сроку службы. Раньше основным действенным способом достучаться до солдата было рукоприкладство. Сейчас другое время: офицеры боятся пальцем тронуть солдата, не оказаться бы «клиентом» военной прокуратуры. А вот устав никто не отменял.

За проступок боец будет наказан.

Когда-то само явление «дедовщины» подразумевало превосходство над молодым пополнением в опыте, навыках, умениях, в более лучшей физической и боевой подготовке и т. д. Было время, когда старослужащих нельзя было ослушаться. Они более жёстко учили молодых, где-то даже проявляя излишества самого чёрного юмора. Были издевательства и унижения. Интернет кишит подобными видео роликами.

Сейчас же «дед» не успевает стать «дедом» за этот год. Почти изжиты такие понятия, как «запах», «дух», «слон», «черпак», «дед» и «дембель». Солдат едва ли улучшает свои физические показатели, едва ли начинает правильно стрелять и разбираться в технике, хорошо маршировать, знать уставы, как завтра ему уже уходить домой.

Не то чтобы в армии сейчас совсем нет «дедовщины». Она есть, но вовсе другая. Обычная армейская дисциплина, без которой, сами понимаете, армия — не армия.

Уже нет тех издевательств, негласных армейских законов, традиций становится всё меньше, всё стало более «мягким».

Конечно же присутствуют насмешки и приколы над молодыми, но это совсем не дедовщина, это детский сад, это есть везде: в школе, в университете, на работе.

За 4 года службы я объехал несколько городов и частей и могу утверждать, что не бывает всё и везде стабильно и одинаково, многое зависит от того, в каком месте, в какой части, с какими людьми и командирами вы будете служить.

Например, моя служба по призыву начиналась в Оренбургской области, а закончилась в Кировской. Обстановка с дедовщиной в двух дивизиях существенно различалась. Одно точно, «дедовщина» уже не та. Наблюдается стремительная тенденция её вымирания.

И если хорошо себя показать, вы будете и авторитетом среди сослуживцев, и не последним солдатом для командиров. Но об этом чуть позже.

МИФ. В армии плохо кормят.

РЕАЛЬНОСТЬ. Во-первых, в армии больше нет нарядов по столовой. Солдат давно освобождён от мытья посуды, чистки картошки и прочих ненужных ему навыков.

Сейчас столовая целиком обслуживается аутсорсинговой компанией, у которой есть управляющий, его заместитель, повара, уборщики, грузчики и т. п. Естественно, что каждый из работников имеет соответствующее образование и опыт работы.

Во-вторых, в армии сейчас кормят довольно неплохо, блюда конечно не ресторанного уровня и качества, но с голоду не умрёте точно.

Можете прямо сейчас смело забыть про перловку и тушёнку. Тушёнку, как правило, в столовых не подают вообще, возможно вам придется её есть только на полевом выходе. А перловка, если и присутствует, то увидеть её можно только в рассольнике или в супе. Единственное, что может вам надоедать — это однообразие ужина.

Источник: http://rubook.org/book.php?book=360843

Хорошие солдаты

Его солдаты еще не называли командира за глаза Лост Коз — «Гиблое дело», обыгрывая его фамилию. Все только начиналось. Те из них, кого ждало ранение, были пока абсолютно здоровы, те, кого ждала смерть, были абсолютно живы.

Солдат, который был его любимцем, которого часто называли его более молодой копией, еще не написал о войне в письме другу: «Все, хватит с меня дерьма этого, нахлебался». Другой его солдат, один из лучших, еще не написал в дневнике, который прятал: «Я потерял последнюю надежду. Чувствую, конец мой близок, совсем-совсем близок».

Третий еще не озлился до того, чтобы застрелить собаку, которая утоляла жажду, лакая растекшуюся лужей человеческую кровь.

Четвертый, который в конце всех событий стал в батальоне первым по боевым наградам, еще не начал видеть сны о людях, которых убил, и думать, не взыщет ли с него Бог за смерть тех двоих, что лезли по приставной лестнице.

Пятому еще не начало всякий раз, стоило только закрыть глаза, представляться, как он убил человека выстрелом в голову и как потом появилась маленькая девочка, которая все видела.

И сам он, если уж говорить о снах, тоже не начал еще их видеть, по крайней мере таких, что будут долго ему помниться: жена и друзья стоят на кладбище вокруг ямы, в которую он внезапно падает; или все вокруг взрывается, сплошные взрывы, он хочет обороняться, но нет ни оружия, ни боеприпасов, только ведро стреляных пуль. Эти сны не заставят себя долго ждать, но в начале апреля 2007 года Ральф Козларич, подполковник армии США, чей батальон в составе примерно восьмисот человек был отправлен в Багдад как часть «большой волны» Джорджа У. Буша, пока еще находил причины каждый день говорить: «Все идет хорошо».

Он просыпался на востоке Багдада, вдыхал его горький воздух, пахнувший гарью, и произносил эту фразу. «Все идет хорошо».

Оглядывал предметы, составлявшие теперь основу его жизни, — камуфляж, автомат, бронежилет, противогаз на случай химической атаки, атропиновый инжектор на случай нервно- паралитического газа, экземпляр «Года с Библией» у койки, которую он, испытывая потребность в порядке, первым делом утром аккуратно заправлял, висящие на стенах фотографии жены и детей, у которых в Канзасе в доме под сенью американских ильмов осталась в видеомагнитофоне записанная вечером перед отбытием кассета, где он говорил детям: «Полный порядок. Все нормально. Пора варить лапшу. Я вас люблю. Всем вставать. Хоп-хоп», — оглядывал и произносил ее. «Все идет хорошо». Выходил и мгновенно с ног до головы покрывался пылью, если только не проехала цистерна, разбрызгивающая сточную воду, чтобы прибить эту пыль, — в этом случае он шел по пропитанной стоками пасте, шел и произносил ее. Проходил мимо взрывозащитных стен, мешков с песком, бункеров, мимо медпункта, где лечили раненых из других батальонов, мимо морга, где лежали тела погибших, и произносил ее. Он произносил ее, читая утреннюю электронную почту в своем маленьком кабинете, где стены были в трещинах от многочисленных взрывов. Жена писала: «Я так тебя люблю! Мечтаю, чтобы мы лежали с тобой обнаженные, обнявшись… тела переплетены, может быть, немного потные :-)». Мать писала из сельской местности в штате Вашингтон после хирургической операции: «Должна сказать, что ни разу за последние месяцы мне так хорошо не спалось. Все нормально, все в лучшем виде. Домой меня привезла Роузи: у нас в то утро забивали коров, и твоему папе надо было находиться на месте, следить, чтобы всё сделали правильно». От отца: «С тех пор как мы последний раз виделись, я много ночей лежал и не мог заснуть, и мне часто хотелось быть рядом с тобой и хоть в чем-нибудь помогать». Он произносил ее по пути в дом молитвы к католической мессе, которую служил на базе новый священник, прилетавший на вертолете, потому что его предшественник подорвался в «хамви». Он произносил ее в столовой, где за ужином всегда брал две порции молока. Он произносил ее, когда ехал в «хамви» по улицам восточного Багдада, где после начала «большой волны» участились взрывы мин на дорогах, убивавшие солдат, лишавшие их рук, лишавшие их ног, причинявшие им контузии, разрывавшие их барабанные перепонки, — взрывы, после которых одни солдаты приходили в ярость, других рвало, третьи вдруг принимались плакать. Не его солдаты, однако. Другие. Из других батальонов. «Все идет хорошо», — говорил он после возвращения на базу. Эта его фраза казалась разновидностью нервного тика — или молитвой своего рода. Или, может быть, это просто было выражение оптимизма — ведь он был оптимистом, хоть и находился в гуще войны, которая в апреле 2007 года, по мнению американской общественности, американских СМИ и даже части американских военных, была, по сути, кончена — оставались только пессимизм, молитвы да нервные тики.

Читайте также:  Книги про время

Но он так не считал. «Разница вот в чем», — сказал Джордж У. Буш, объявляя о «большой волне», и Ральф Козларич подумал: «Разницей станем мы. Мой батальон. Мои солдаты». Я.

И с тех пор он каждый день повторял эту фразу — «Все идет хорошо», — за которой могла последовать другая, которую он тоже часто произносил, всякий раз без тени иронии и с полной убежденностью: «Мы побеждаем». Вторая из его любимых фраз.

Но сейчас, в час ночи 6 апреля 2007 года, когда кто-то разбудил его стуком в дверь, он произнес нечто совершенно иное.

— Какого хрена? — спросил он, продирая глаза.

Источник: http://booksonline.com.ua/view.php?book=164324

«Солдат» Виктор Мишин

Redactor Май 16, 2018(Пока оценок нет)
Загрузка…

Название: Солдат Автор: Виктор Мишин Год: 2017

Жанр: Попаданцы, Боевая фантастика

Читать онлайн

О книге «солдат», виктор мишин

«Солдат» — это книга Виктора Мишина, которая является первой частью одноименной серии. Произведение также входит в цикл «Военная фантастика (АСТ)».

Книга выдержана в жанрах попаданчества, боевой и исторической фантастики.

В своей книге писатель предлагает читателям ознакомиться с альтернативной историей Великой Отечественной войны, а главных героев будет ждать борьба за выживание, опасные приключения и неожиданные повороты судьбы.

Если вам не терпится погрузиться в интересное произведение, написанное Виктором Мишиным, стоит скачать «Солдата» с портала электронных книг, где оно предложено в таких распространенных расширениях, как rtf, txt, fb2, epub. И тогда можно будет прочитать творение Мишина целиком.

Александр Иванов приходит в себя в медицинском обозе. И он уже знает, где оказался, ведь вокруг него находится множество раненых. И все они в форме Красной Армии, в старой форме. Да, мужчина оказался в СССР в самый разгар войны с фашистской Германией. И тогда Александр решает воевать против гитлеровских солдат, воевать он хочет наравне с другими солдатами, вместе со своими предками.

Александр — умелый боец. Он выходит из окружения под Харьковом, оставаясь солдатом действующей армии. И уже к сентябрю 1942 года мужчина оказывается в городе на Волге, где ведутся жестокие бои.

Что же предпримет мужчина из двадцать первого века? Удастся ли ему принять действительность, в которой он оказался? Сможет ли он воевать плечом к плечу со своими предками? Или же Александр выберет побежать в Москву с целью рассказать всем о том, что он из будущего и знает исход войны.

Произведение, несмотря на сложную тему, читается легко. Оно цепляет ярким описанием событий, тем, что герои — грамотные, умные и понимающие люди. Книга пронизана духом патриотизма. Это отличный образец современной литературы, который достоин внимания тех, кому по душе подобный жанр или кто только мечтает начать знакомство с жанром попаданчества.

Книга легкая в прочтении и без вымысла. Главный герой — простой парень, который имеет свои идеалы и ценности, стремится к реализации поставленных перед собой целей.

Александр — человек двадцать первого века, который учится быть профессиональным воином и защищать Родину.

И, нужно сказать, это ему удается достаточно хорошо, несмотря на многочисленные сложности, которые выпадают на его пути.

Если вам интересно, как будут развиваться события в жизни Александра, стоит скачать полную версию книги Виктора Мишина под названием «Солдат» с сайта электронных произведений, где она доступна для бесплатного скачивания в таких распространенных форматах, как rtf, txt, fb2, epub. И тогда можно будет погрузиться в атмосферу, талантливо описанную писателем, и познакомиться с альтернативной версией истории. Приятного чтения!

Рекомендуем к прочтению:

Источник: http://LifeInBooks.net/chto-pochitat/fantastika/popadancy/soldat-viktor-mishin/

Читать 500 анекдотов про армию

Сборник

500 анекдотов про армию

Третья мировая война. Все ядерное оружие использовано. Все умерли. Американский президент из глубокого бункера звонит русскому президенту:

– А последняя ракета у нас, так что сдавайтесь!

– Нам нужно полчаса на обдумывание!

– Хорошо!

Наш президент подзывает министра обороны:

– Ну, есть там еще хоть одна ракета?

– Да нет, вроде все кончилось…

Тут раздается телефонный звонок. Президент поднимает трубку:

– Ну, кто там еще?!

В трубке бодрый веселый голос:

– Товарищ верховный главнокомандующий, Северный флот к бою готов!!!

* * *

Майор говорит солдату:

– Товарищ солдат! Чем вы занимаетесь?

– Выполняю ваше приказание, товарищ майор!

– Я вам ничего не приказывал!

– А я ничего и не делаю!

* * *

Ночь. Городской парк. Девушка спрашивает моряка:

– Скажи, море красивое?

– Извини, никогда не видел. Я подводник.

* * *

Российская база сворачивает свои программы по созданию оружия с элементами искусственного интеллекта – опытный образец «умной» бомбы так и не удалось выпихнуть из самолета.

* * *

Идет совещание в штабе флота.

– Что случилось с эсминцем «Непотопляемый»?

– Потонул, товарищ генерал!

– Как так?

– Вы видели скалу перед входом в нашу бухту?

– Да, конечно.

– А вот они не видели.

* * *

На военном корабле.

– Капитан! В корабле пробоина!

– Где?

– По левому борту, ниже ватерлинии.

– А-а, тогда ничего, там не заметно.

* * *

Флотская аксиома: если предмет движется – отдай ему честь, если не движется – покрась его!

* * *

Красит солдат ракету к приезду генерала. Красил, красил… Устал. А красить нужно. «Дай, – думает, – закину ведро сверху на ракету. Краска стечет и все покрасит!» Сказано – сделано. Ракета быстренько окрасилась в радикальный зеленый цвет. А ведро снять не может – окрашено!

Тут генерал идет.

– А это что такое, солдат? Что это у вас за безобразие?

– Так это ж, товарищ генерал этот, ионный отражатель!

– Хм… Так я вижу, что ионный отражатель. Почему не окрашен?

* * *

Стоят командир с сыном:

– Пап, а пап, покажи, как слоники бегают.

– Нет!

– Ну, пап…

– Сынок, я тебе уже три раза показывал. Слоники устали.

– Пап…

– Ладно. Рота! Надевай противогазы и еще 3 круга по плацу!

* * *

Хотите бесплатно питаться и иметь стильную прическу? Идите в военкомат!!!

* * *

В одну воздушно-десантную дивизию намечается приезд комиссии. Все в панике: никто не прыгал с парашютом. Один солдат говорит:

– Давайте привяжем к парашютам мешки и сбросим их в кусты. А мы там спрячемся и выскочим.

Решили так и сделать. Приезжает комиссия. Расположились на наблюдательном пункте. Прилетели самолеты, сбросили мешки. Вдруг один мешок оторвался и плюхнулся со страшной силой в кусты. Оттуда выбегает солдат:

– Черт, так и убиться можно!

* * *

Жена офицера говорит мужу:

– Почему ты на мне женился, дорогой?

– Ты так стреляла глазами, что я был обязан подавить эту огневую точку.

* * *

Солдат жалуется старшине, что сосед поет по ночам: «Приди, приди ко мне, Мария».

– А вы разве Мария?

– Нет.

– В таком случае успокойтесь и не ходите к нему…

* * *

Два солдата разговаривают:

– Давай над офицером приколемся…

– Спасибо, над деканом уже прикололись!

* * *

Танковые учения. Генерал говорит в рацию:

– Первый пошел!

Танк с ревом, в клубах пыли улетает.

– Второй пошел!

Второй танк с еще большим шумом заводится и исчезает в пыли.

– Третий, пошел!

Тишина.

– Третий, пошел!!!

Открывается люк, вылезает чукча со шлемофоном в руках:

– Командира, командира, шапка разговаривает!!!

* * *

Если вам прислали повестку из военкомата, перепишите ее 40 раз и разошлите вашим знакомым. И будет вам счастье.

* * *

Пограничник с собакой идет вдоль границы. Шорох в кустах. Пограничник говорит собаке:

– Иди, посмотри, что там такое.

– Да ну… Я и отсюда могу погавкать.

* * *

Приходит прапорщик вечером домой и говорит жене:

– Есть давай!

– Подожди, милый, я так устала, за день ни разу не присела.

Прапорщик пожалел жену, и заставил ее присесть триста раз.

* * *

Собрались школьные друзья однажды 20 лет спустя. Стали делиться, кто кем стал. Маша – врачом, Петя – инженером и т. д. А Вовочка стал генералом. Все загалдели:

– Да ты в школе 2 ́ 2 не знал, сколько будет. Как же ты генералом стал?!

Вовочка как рявкнул:

– А я и сейчас не знаю, – хрясть кулаком по столу. – Но к утру чтоб было!

Читайте также:  Книги про измену

* * *

Приезжает генерал с банкета, денщик его раздевает, укладывает спать. Генерал:

– Мне сегодня на банкете какая-то сволочь весь мундир облевала!

Денщик:

– Ваше благородие! Эта сволочь вам еще и в штаны насрала!

* * *

Идут генерал с лейтенантом. Впереди идет красивая девушка. Лейтенант:

– Товарищ генерал, давайте ее догоним и вые…м!

– Хм, давайте, а за что?

* * *

В картинной галерее еврей спрашивает генерала (картавя):

– Это кто, Сувогов?

Генерал (передразнивая):

– Да, это Сувогов, Сувогов…

Еврей:

– Зачем вы мне подражаете? Вы бы лучше ему подражали…

* * *

Танцует капитан с дамой, через некоторое время она ему говорит:

– Чего это от вас так воняет?

– А это мы вчера с Ржевским лошадь еб…ли!

– Фу, какой вы пошлый, – сказала дама и ушла к поручику.

– Вы знаете, поручик, этот капитан такой пошляк…

– Да-да, когда мы вчера с ним лошадь еб…ли, он табуретку из-под меня выбил!

* * *

Капитан Джеймс, участник вьетнамской войны, рассказывает:

– Как-то раз противник начал интенсивный обстрел нашей части реактивными снарядами. Под вой сирен мы с приятелем бросились в ближайшую щель.

Лежа на ее дне с закрытыми глазами и замирающим сердцем, я прислушивался к разрывам, как вдруг мой приятель толкнул меня в бок и сказал: «Чувствуешь, как земля под нами шевелится?» Я уже собирался ответить, но тут из-под нас прозвучал приглушенный голос: «Не обращайте на это внимание. Под вами еще безопаснее».

* * *

Прыгают десантники. Выпускающий:

– Иванов, пошел!

– Не пойду – три раза уже парашют не раскрылся!

Выпускающий выталкивает Иванова. Деревня внизу. Собрание колхоза. Председатель:

– Ну и год выдался: пшеницу град побил, картошка не уродилась, свиньи не опоросились, коровы не доятся… (Треск проламываемой крыши)… Да еще десантник этот замучил четвертый раз падать.

* * *

В отделение милиции доставили полковника и штатского за избиение еврея. Спрашивают полковника, за что, мол? Он отвечает:

– Как он в автобус вошел, так мне на ногу и наступил. И стоит. Ну, я минуту подождал, вторую. Думаю: если через пять минут с ноги не сойдет, то точно в морду получит…

Спрашивают мужика:

– А ты что же влез?

– Так я гляжу, полковник то на часы смотрит, то на еврея, то на часы, то на еврея… А потом как ему в морду даст! Ну, думаю, по всей стране началось…

* * *

Источник: http://online-knigi.com/page/125494

Книга Как солдат стал солдатом . Страница 1

Борис Никольский

КАК СОЛДАТ СТАЛ СОЛДАТОМ

Рассказы

Как-то получил я письмо от одного мальчика.

«Расскажите, пожалуйста, — просит он, — как вы стали солдатом».

Сначала я подумал: что же ответить на такой вопрос? Вроде бы и рассказывать нечего.

Получил человек повестку из военкомата, собрал самые необходимые вещи, простился с родными, сел в эшелон вместе с такими же, как он, призывниками, прибыл в воинскую часть, получил обмундирование — вот тебе и солдат.

А потом показал я однажды это письмо товарищам своим, кто тоже служил когда-то в армии, они мне и говорят: «Любопытный вопрос!»

И каждый стал советовать по-своему на него ответить.

Один говорит:

— Обмундирование получить да надеть — не велика сложность! Только, чтобы настоящим солдатом стать, этого мало. Я, например, солдатом себя почувствовал, лишь когда своей воинской профессией на отлично овладел…

— А я, — говорит второй, — когда командиру без лишних слов подчиняться научился…

— Нет, — не соглашается третий. — Я лично солдатом себя ощутил, когда в больших войсковых учениях участвовал…

Долго они спорили, разные истории рассказывали, разные интересные случаи из солдатской жизни припоминали.

А я слушал их и думал: «Расскажу-ка я обо всём этом в книжке. Да так и назову эту свою книжку:

КАК СОЛДАТ СТАЛ СОЛДАТОМ».

БЕЗ ЧЕГО СОЛДАТ — НЕ СОЛДАТ

Шинель

В субботу с утра старшина выдавал нам шинели. До сих пор солдаты-новички ходили в ватных куртках-бушлатах, и теперь всем не терпелось получить настоящее солдатское обмундирование.

https://www.youtube.com/watch?v=nUXD_0JfrMc

Получил шинель и я.

Надел и первым делом — к зеркалу. Посмотрел на себя и даже замер от удивления. Урод уродом. Да разве ж это шинель! Висит на мне серый длинный халат. У пояса гармошкой собрались складки. Худая шея торчит из широкого воротника, на груди топорщится пузырь.

В такой шинели не то что сфотографироваться да родным карточку послать — у себя в части из казармы выйти стыдно.

Снял я шинель и пошёл к старшине.

— Товарищ старшина, разрешите обменять. Мне плохая досталась…

— А в чём дело? — спрашивает старшина.

— Да ведь и длинная, и мятая, и цвет какой-то не тот. Не то что на вас…

— Ничего, — говорит старшина, — вот пусть она в строю пообносится, да об землю пооботрётся, да под дождём помокнет, да у костра посохнет, — вот тогда шинель как шинель будет. Ясно?

А что мне ясно? Ничего мне не ясно. Хотел я возразить, но вовремя вспомнил, что спорить с командиром устав запрещает. Сказал: «Так точно» — и отправился пришивать к шинели погоны и петлички. А фотографироваться так и не пошёл.

…С тех пор прошло несколько месяцев. И под дождём шинель побывала и под снегом, и пылью пропитывалась, и от весенней грязи набухала, и в караульном помещении о топчаны пообтёрлась…

Однажды была наша рота на полевых занятиях. Погода стояла весенняя, только-только снег сошёл, лишь пригорки пообсохнуть успели, а повсюду, куда ни посмотришь, — вода и грязь.

И тут капитан, наш ротный, подаёт команду:

— Ложись!

Легли.

— Вперёд! — командует. — По-пластунски!

Поползли вперёд, к окопам. Каждый старается себе путь посуше выбрать, да где уж — кругом грязь. Подползли к окопам, а капитан говорит:

— Плохо. Так ползаете, что вас за километр видно. Никуда не годится такое дело. Начинать всё сначала.

Вернулись мы обратно — и снова… Опять плохо. И так шесть раз. Зато уж шестой раз ползли — головы от земли не поднимали — как будто и правда пули над нами свистели.

В казарму пришли, посмотрел я на шинель, а она вся в грязи, в песке, мокрая, тяжёлая. Пришлось её и сушить и чистить. Думал: ну, теперь всё, совсем надеть нельзя будет. Но на другой день смотрю — ничего, только вроде чуть потемнее стала…

В другой раз, уже в начале лета, выехали мы на учения. Ночевали в лесу. Дневальные за костром следить остались, а мы легли спать.

Завернулся я в шинель, а уснуть никак не могу. С одного боку жар от костра идёт, а с другого — холодно. То ли земля холодная, не успела за день прогреться, то ли туман от реки поднимается — только незаметно холодок пробирается под шинель и не даёт уснуть.

Ворочался я, ворочался, потом чувствую, кто-то меня за плечо трогает.

— Не спишь? — это меня друг мой, Санька Журавлёв, спрашивает. Видно, ему тоже не спится.

— Давай-ка, — говорит, — вот так сделаем.

Постелил он свою шинель на землю, легли мы на неё, а моей сверху укрылись. Так под одной шинелью и спали. К утру ещё холоднее стало, а мы только плотнее прижались друг к другу да шинель почти на самую голову натянули…

Много таких случаев было, обо всех не расскажешь. Не раз и не два шинель меня выручала.

А скоро прибыло к нам пополнение, и меня назначили командиром отделения. Стали солдаты-новички получать шинели. И вот один подходит ко мне и говорит:

— Товарищ младший сержант, разрешите обменять — мне плохая досталась…

— А в чём дело? — спрашиваю.

— Да разве ж это шинель… То ли дело на вас как сидит!

Засмеялся я, взглянул в зеркало. А что — действительно неплохо сидит. Пожалуй, можно теперь и сфотографироваться…

Рассказ про противогаз

Служил в нашем взводе один солдат, который считал себя очень хитрым человеком. Фамилия его была Сорокин.

Наша солдатская служба ещё только начиналась, мы ещё и перезнакомиться как следует не успели, а он уже поглядывал на всех свысока: мол, вы, простачки, слушайте, что вам говорят командиры, а я — сам себе на уме, я-то и без командиров знаю что к чему…

И вот, когда получал наш взвод противогазы, этот хитрый Сорокин решил словчить. Он подумал, что если возьмёт противогаз размером побольше, то ему в этом противогазе будет легче дышать, а значит, и легче работать, и легче бегать. И вообще будет легче, чем остальным.

Он так и сделал.

Правда, старшина хотел выдать ему маску поменьше, но хитрый Сорокин незаметно надул щёки и весь напыжился.

— В самый раз! — сказал он старшине. — Мне ещё мама всегда говорила: «И в кого ты уродился такой большеголовый!»

— Ладно, посмотрим, — усмехнувшись, сказал старшина.

И Сорокин тогда не обратил внимания на эти слова, на это «посмотрим». А напрасно.

Когда выдача противогазов закончилась, весь взвод привели к небольшой землянке и построили, и велели надеть противогазы. И хитрый Сорокин тоже стоял в строю вместе со всеми и радовался. Потому что дышать ему было, и верно, легче, чем другим. Ведь его маска неплотно обтягивала голову, и сквозь маленькие щели за ушами под маску проникал воздух.

Тем временем солдаты по очереди входили в землянку и затем через некоторое время выходили уже с другой стороны, из другой двери. Когда солдаты выбирались из землянки, им наконец разрешали снять противогазы, и лица у них были красные, распаренные, как после бани. С непривычки.

— Ну как? Ну что там? — нетерпеливо спрашивал Сорокин тех, кто уже побывал в землянке.

А солдаты пожимали плечами и посмеивались:

— Да ничего особенного, всё нормально.

И вот наконец очередь дошла до Сорокина.

Он шагнул в землянку и сразу почувствовал что-то неладное. В носу у него защипало, и глаза начало есть, как дымом, и потекли слёзы, и сразу стало трудно дышать.

Источник: https://www.booklot.ru/genre/detskie/detskaya-proza/book/kak-soldat-stal-soldatom/read/1/

Ссылка на основную публикацию