Книги про пытки

Самые ужасные средневековые пытки для девушек

В средние века ключевая роль в политике и общественной жизни принадлежала церкви. На фоне расцвета архитектуры и научных технологий инквизиция и церковные суды преследовали инакомыслящих, применяли пытки. Доносы и казни носили массовый характер. Особенно беспомощными и бесправными были женщины. Поэтому сегодня мы вам поведаем про самые ужасные средневековые пытки для девушек.

Их жизнь не была похожей на сказочный мир рыцарских романов. Девушки чаще обвинялись в колдовстве и под пытками признавались в поступках, которых не совершали. Изощренные телесные наказания поражают дикостью, жестокостью и бесчеловечностью.

Женщина всегда была виноватой: за бесплодие и большое количество детей, за внебрачного ребенка и различные телесные дефекты, за врачевание и нарушение библейских правил.

Публичные телесные наказания применялись для получения информации и устрашения населения.

Самые ужасные пытки женщин в истории человечества

Большинство орудий пыток были механизированы. Жертва испытывала ужасную боль и умирала от полученных травм. Авторы всех жутких инструментов неплохо знали строение человеческого тела, каждый способ доставлял нестерпимые страдания. Хотя конечно эти инструменты применялись не только к лицам женского пола, но они страдали больше других.

Груша страданий

Механизм представлял собой металлическую грушу, разделенную на несколько сегментов. Посередине груши находился винт. Прибор вставляли провинившейся женщине в рот, вагинальное или анальное отверстие. Винтовой механизм раскрывал сегменты груши. В результате повреждались внутренние органы: влагалище, шейка матки, кишки, глотка. Очень страшная смерть.

Травмы, наносимые приспособлением, были несовместимы с жизнью. Обычно пытка применялась к девушкам, обвинявшимся в связи с дьяволом. При виде такого орудия подсудимые признавались в сожительстве с дьяволом, использовании крови младенцев в магических ритуалах. Но признания не спасали бедных девушек. Они все равно погибали в пламени костра.

Стул ведьмы (испанское кресло)

Применялся к девушкам, уличенным в колдовстве. Подозреваемую фиксировали ремнями и наручниками на железном стуле, в котором сидение, спинка, боковые части были покрыты шипами. Человек не умирал сразу от потери крови, шипы медленно вонзались в тело. На этом жестокие страдания не заканчивались, под стул укладывали раскаленные угли.

В истории сохранился факт, что в конце XVII века женщина из Австрии, обвиненная в колдовстве, одиннадцать суток провела в муках на таком кресле, но так и умерла, не сознавшись в преступлении.

Трон

Специальное устройство для длительных пыток. «Трон» представлял собой деревянный стул с отверстиями в спинке. Ноги женщины фиксировали в отверстиях, а голову опускали вниз. Неудобное положение доставляло страдания: кровь приливала к голове, натягивались мышцы шеи и спины. Но на теле подозреваемой не оставалось следов пыток.

Тиски для пальцев

Довольно безобидное орудие, напоминающее современные тиски, доставляло боль, ломало кости, но не приводило к смерти допрашиваемого человека.

Аист

Женщина помещалась в железное устройство, которое позволяло ее зафиксировать в положении с притянутыми к животу ногами. Такая поза вызывала мышечные спазмы. Длительная боль, судороги медленно сводили с ума. Дополнительно жертву могли пытать раскаленным железом.

Башмаки с шипами под пяткой

Пыточная обувь фиксировалась на ноге кандалами. С помощью специального приспособления в пятку вкручивались шипы. Некоторое время жертва могла стоять на пальцах, чтобы облегчить боль и не допустить глубокого проникновения шипов. Но в таком положении долго простоять невозможно. Бедную грешницу ожидала сильная боль, потеря крови, сепсис.

«Бдение» (пытка бессонницей)

Для этой цели был создан специальный стул с сидением в форме пирамиды. Девушку усаживали на сидение, она не могла уснуть или расслабиться. Но инквизиторы нашли более эффективный способ, чтобы добиться признания. Связанную подозреваемую усаживали в таком положении, чтобы верхушка пирамиды проникала во влагалище.

Пытки длились часами, потерявшую сознание женщину, приводили в чувство и снова возвращали на пирамиду, которая разрывала тело и травмировала половые органы. Для усиления боли к ногам жертвы привязывали тяжелые предметы, прикладывали раскаленное железо.

Козлы для ведьм (испанский осел)

Голую грешницу усаживали на деревянный блок пирамидальной формы, для усиления эффекта к ногам привязывали груз. Пытка причиняла боль, но в отличие от предыдущей, не разрывала половые органы женщины.

Пытка водой

Такой метод дознания считался гуманным, хотя часто приводил к смерти подозреваемой. В рот девушки вставлялась воронка, и заливалось большое количество воды.

Затем на несчастную прыгали, что могло вызвать разрыв желудка и кишечника. Через воронку могли влить кипяток, расплавленный металл. Часто в рот или влагалище жертвы запускали муравьев и других насекомых.

Даже невиновная девушка признавалась в любых грехах, чтобы избежать страшной участи.

Пектораль

Пыточное устройство похоже на нагрудное украшение. Раскаленный металл накладывали на грудь девушки. После допроса, если подозреваемая не умирала от болевого шока и не признавалась в преступлении против веры, вместо груди оставалась обугленная плоть.

Разрыватель груди

Устройство, выполненное в форме металлических крюков, часто применяли для допроса девушек, уличенных в колдовстве или проявлениях похоти. Таким инструментом могли наказать женщину, изменившую мужу и родившую вне брака. Очень жесткая мера.

Купание ведьмы

Дознание проводилось в холодную пору года. Грешницу усаживали в специальное кресло и крепко привязывали. Если женщина не каялась, окунания производили до тех пор, пока она не задыхалась под водой или не замерзала.

А были ли пытки женщин в средневековье на Руси?

В средневековой Руси не было гонения на ведьм и еретиков.  К женщинам не применяли таких изощренных пыток, но за убийства и государственные преступления могли закопать по шею в землю, наказать кнутом так, что кожа разрывалась в клочья.

Ну вот пожалуй, на сегодня хватит. Мы думаем, что теперь вы поняли, какими были ужасными средневековые пытки для девушек, и вряд ли теперь кто-нибудь из лиц прекрасного пола захочет перенестись в средние века к доблестным рыцарям.

Источник: http://webfacts.ru/interesnye-facty/istoriya/samye-uzhasnye-srednevekovye-pytki-dlya-devushek.html

Скачать: Казни и пытки. Мифы и легенды , Антон Олейников

…Согласно древнегреческому мифу, богиня Афина изобрела флейту, но заметив, что игра на этом инструменте обезображивает лицо, эта дама прокляла свое изобретение и зашвырнула его как можно дальше со словами — Пусть же будет жестоко наказан тот, кто поднимет флейту! Фригийский сатир Марсий не слышал этих слов. Он поднял флейту и научился играть на ней.

Добившись определенных успехов на музыкальном поприще, сатир возгордился и вызвал на состязание самого Аполлона — несравненного исполнителя и покровителя музыки. Марсий, естественно, проиграл состязание. И вот тогда этот светлый бог — покровитель всех искусств повелел подвесить за руки дерзкого сатира и содрать с него (живого) кожу.

Что и говорить, искусство требует жертв.

Богиня Артемида — символ чистоты, невинности и охотничьей удачи — во время купания заметила подглядывавшего за ней Актеона и, недолго думая, превратила несчастного юношу в оленя, а затем затравила его же собственными собаками. Непокорного титана Прометея громовержец Зевс приказал приковать к скале, куда ежедневно прилетает огромный орел терзать его тело острыми когтями и клювом.

Царь Тантал за свои преступления был подвергнут следующему: стоя в воде по подбородок, он не мог утолить мучительную жажду — вода исчезала при первой же попытке напиться, не мог утолить голод, потому что сочные плоды, висящие прямо над его головой, уносились ветром, когда он протягивал к ним руку, и в довершение всего над ним возвышалась скала, готовая обрушиться в любую минуту. Эта пытка стала нарицательным понятием, получив название Танталовых мук. Злодейку Дирку, жену сурового царя Фив Лика, привязывали к рогам дикого быка…

Эпос эллинов изобилует описаниями медленных и мучительных смертей как преступников, так и праведников, а также различного рода физических страданий, которыми подвергались в виде наказания люди и титаны. Как и мифология, эпос в той или иной степени отражает реальную жизнь, где вместо богов источником рукотворных мук выступают люди — либо облеченные правом власти, либо облеченные правом силы.

Диктаторы Древнего Рима, обладая и тем, и другим правом, неустанно пополняли арсенал форм и методов палаческого искусства. Император Тиберий, правивший Римом с 14 по 37 год нашей эры, заявлял, что смерть — слишком мягкое наказание для осужденного, и при нем редкий приговор приводился в исполнение без обязательных пыток и истязаний.

Узнав, что один из осужденных, по имени Карнул, умер в тюрьме, не дожив до казни, Тиберий воскликнул: «Карнул ускользнул от меня!» Он регулярно посещал тюремные застенки и присутствовал при пытках. Когда один приговоренный к смерти стал умолять его ускорить казнь, император ответил: «Я тебя еще не простил».

На его глазах людей засекали насмерть колючими ветвями терновника, распарывали их тела железными крючьями, отрубали конечности. Тиберий не раз присутствовал при том, как приговоренных сбрасывали со скалы в реку Тибр, а когда несчастные пытались спастись, то их заталкивали под воду баграми сидящие в лодках палачи.

Для детей и женщин исключений не делалось.

Старинный обычай запрещал убивать удавкой девственниц. Что ж, обычай не нарушался — несовершеннолетних девочек перед казнью палач непременно лишал девственности.

Император Тиберий являлся несомненным автором такой пытки: приговоренным давали выпить изрядное количество молодого вина, после чего им туго перевязывали половые члены, в результате чего они умирали долгой и мучительной смертью от задержки мочеиспускания.

Преемник Тиберия на императорским престоле — Гай Калигула — остался в памяти потомков символом чудовищного зверства. Еще в ранней юности он испытывал огромное наслаждение, присутствуя при пытках и казнях. Став полновластным правителем, Калигула с безудержным размахом реализовал все свои порочные наклонности.

Он лично клеймил людей каленым железом, лично заталкивал их в клетки с голодными хищниками, лично распарывал животы и выпускал внутренности.

Как свидетельствует римский историк Гай Светоний Транквилл, Калигула «заставлял отцов присутствовать при казни сыновей; за одним из них он послал носилки, когда тот попробовал уклониться по нездоровью; другого он тотчас после зрелища казни пригласил к столу и всяческими любезностями принуждал шутить и веселиться.

Надсмотрщика над гладиаторскими битвами и травлями он велел несколько дней подряд бить цепями у себя на глазах и умертвил не раньше, чем почувствовал вонь гниющего мозга. Сочинителя ателлан за стишок с двусмысленной шуткой он сжег на костре посреди амфитеатра.

Один римский всадник, брошенный диким зверям, не переставал кричать, что он невинен; он вернул его, отсек ему язык и снова прогнал на арену». Калигула собственноручно перепиливал осужденных пополам тупой пилой, собственноручно выкалывал им глаза, собственноручно отрезал женщинам груди, а мужчинам — члены. Он требовал, чтобы при палочной казни применялись не слишком сильные, но частые и многочисленные удары, повторяя свой печально знаменитый приказ: «Бей, чтобы он чувствовал, что умирает!» Осужденных мужчин при нем часто подвешивали за гениталии.…

Читать целиком

Источник: http://knigosite.org/library/books/38156

Книга Казни и пытки. Мифы и легенды. Содержание — Пытки в Китае

Груша (оральная, анальная, вагинальная)

Читайте также:  Книги про время

Этот инструмент использовался и используется поныне, не намного измененный, может быть без украшений — в оральной и анальной формах, как представленный на рисунке, и несколько больший — вагинальный. Его вводили в рот, анальное отверстие или влагалище и при закручивании винта, сегменты груши раскрывались на максимальную величину.

Внутренние органы серьезно повреждались при этой пытке, часто приводя к смерти. Вытянутые острые концы сегментов при этом впивались в стенку кишки, глотку или шейку матки.

Оральная груша применялась для допросов еретических проповедников, анальная, мужчин, обвиненных в пассивном гомосексуализме, а вагинальная — женщин, заподозренных в интимной связи с Дьяволом или его слугами.

Надо сказать, что истязание во время пыток женской груди и половых органов, встречалось повсеместно и во все времена. Вы не должны думать, что человек мог бы вынести эту боль, поскольку размеры инструмента были намного больше, чем кажется из рисунка.

Как только грушу глубоко вводили в естественные отверстия тела, она раскрывалась при помощи винтового механизма и сегменты разводились на максимальную апертуру. Острые концы терзали мягкие ткани горла, кишок или шейки матки. Травмы, наносимые ими, были выше того, что можно представить.

Страх перед этим ужасным орудием был столь велик, что зачастую люди признавались во всех смертных грехах сразу после введения груши. И, потом все они были осуждены.

Пытки в Китае

Гессе-Вартег оставил свои впечатления о суде и испол нении приговора, вынесенного в ямыне. «Мне в первый же день пребывания в городе Гуанчжоу пришлось быть свиетелем публичного наказания осужденного. Вблизи ямыя внимание мое было привлечено громкими ударами в гонг.

Я осмотрелся и увидел странное шествие, какого не увидишь, пожалуй, ни в какой другой стране. За стражиком, бившим в гонг, следовал человек со связанными за cпиной руками.

В окровавленные мочки его ушей были продеты палочки около 30 сантиметров длиной, на которых прикреплены бумажки с письменами. За ним шли двое солдат-стражников. На мои вопросы сопровождавший меня переводчик ответил, что это вор.

«На бумажках, — продолжал он, — указаны имя преступника, его вина и род наказания. Он присужден к пятидесяти ударам палками. Вероятно, его ведут к мандарину. Хотите поглядеть?»

Мы примкнули к толпе народа, сопровождавшей шествие, и скоро достигли ямыня. Благодаря чаевым в несколько мелких монет было приобретено право входа. Едва стража ощутила в руках деньги, все двери для нас были открыты.

Мы очутились на первом дворе ямыня, по трем сторонам которого тянулись темницы; затем через другие ворота прошли на второй двор, в глубине которого находился открытый со стороны двора судебный зал. Сюда-то и привели вора. В глубине зала за длинным столом сидел мандарин с огромными круглыми очками на носу, в китайской чиновничьей шапке с пуговкой и конским хвостом.

За маленькими столиками по обе стороны от него сидели чиновники, выводившие длинными кисточками разные знаки на листках бумаги. Исполнители наказания с палками вроде весел стояли позади. У входа вору развязали руки, и он бросился на колени перед мандарином, стукнувшись лбом оземь.

Затем (По сигналу мандарина стражники распластали вора на длинной низенькой скамье, спустили ему шаровары до колен, и один из них схватил его за косу, а другой за ноги. Мандарин подал знак, вышел стражник и принялся бить распростертого преступника тонкой бамбуковой тростью…

Удары сыпались чрезвычайно часто, — закончил свой рассказ Гессе-Вартег, — и шум этих коротких, сухих ударов, своеобразное бормотание отсчитывавшего их и стоны извивавшегося под ударами преступника скоро заставили нас покинуть душное помещение».

Чтобы принудить подданных Срединного государства беспрекословно повиноваться Сыну неба и тем, кто управлял страной от его имени, их подвергали всевозможным жестоким наказаниям.

Одним из обычных наказаний считались шейные колодки, представлявшие собой две доски с полукруглыми вырезами для шеи. Доски скреплялись вместе болтами или цепямя и весили от 15 до 20 килограммов. Их носили от одного до трех месяцев.

С таким деревянным ошейником преступника выводили на рыночную площадь или в другие общественные места: пусть все видят, что ждет нарушителя закона. С виду это могло показаться довольно безобидным наказанием, на самом же деле человек испытывал постоянные страдания.

Доски были настолько широкими, что несчастный с большим трудом мог дотронуться рукой до лица. Чтобы поднести пищу ко рту, ему приходилось прилагать невероятные усилия, требовавшие почти акробатического искусства. Летом назойливые насекомые облепляли его лицо и голову, а он не мог защититься от них.

В таком состоянии несчастный целый день стоял под палящим солнцем, а когда наступала ночь, его уводили в «тюрьму» — зловонную землянку.

Он садился на гнилую, вонючую солому, кишащую насекомыми, и для него наступало новое испытание. Колодки мешали ему лежать, а от неосторожного движения их острые края впивались в шею. С наступлением рассвета несчастного вновь выводили наружу. И это считалось «обычным» наказанием!

Срединное государство по изощренности и жестокости применяемых пыток могло соперничать разве что со средневековой испанской инквизицией. Одно из таких истязаний называлось «стоять в бочке». Человека со связанными руками ставили в высокую бочку, ее верхняя крышка имела отверстие, куда вталкивали голову обреченного.

На дно бочки насыпали толстый слой негашеной извести и клали несколько черепиц, которых приговоренный едва касался подошвами. В таком состоянии несчастный должен был не двигаясь простоять целые сутки. Но это была только прелюдия к истязанию. На следующий день из-под его ног убирали одну черепицу. Лишившись опоры, он постепенно повисал на шее.

В это же время на дно бочки в известь наливали воду, и вредные испарения обволакивали все тело несчастного. Так повторялось несколько дней, и наконец убиралась последняя черепица. Ноги обреченного оказывались в бурлящей извести, которая разъедала живую плоть, причиняя жертве боль во много раз сильнее, чем ожог от огня.

Шея под тяжестью тела сдавливалась, и наступало медленное удушение.

Одним из орудий мучительной казни была бамбуковая клетка. Она представляла собой усеченную пирамиду из четырех толстых шестов в рост человека, в верхней и нижней части скрепленных перекладинами.

На верхнюю перекладину набивалось несколько узких бамбуковых дощечек с отверстием для головы обреченного, которого ставили в такую клетку со связанными за спиной руками. Шея упиралась в перекладину, что могло сразу же привести к удушению.

А чтобы смерть не наступила так быстро, под ноги подкладывали несколько черепиц, которых он едва касался подошвами ног. Затем черепицы одну за другой постепенно у`бирали.

Стараясь хоть немного продлить себе жизнь, человек напрягал мышцы, чтобы устоять на цыпочках, а когда силы иссякали или из-под ног убирали последнюю черепицу, наступала медленная, мучительная смерть.

Так расправлялись с людьми в ямынях, и никого не смущало, что на стене висело изречение: «Распространим высокие моральные качества на весь народ».

Иной раз в ямынъ попадали и представители имущих классов. И если им угрожала «потеря лица», они шли на любые уловки, лишь бы сохранить свою репутацию. Например, когда богач совершал какое-нибудь преступление и его приводили в ямынъ для допроса, он понимал, что ему не избежать ударов бамбуковой палкой, а следовательно, «потери лица».

Оставался единственный выход: за деньги купить освобождение и увильнуть от наказания. В присутственные часы около ямыня всегда можно было найти бедняка, который за определенную плату соглашался быть наказанным за другого. Этот человек менее всего размышлял о «потере лица»: ведь он зарабатывал себе на хлеб.

Богач заключал сделку с одним из таких обездоленных, и тот «добровольно» подставлял спину под удары. На практике это выглядело так.

10

Источник: https://www.booklot.ru/genre/spravochnaya-literatura/prochaya-spravochnaya-literatura/book/kazni-i-pyitki-mifyi-i-legendyi/content/13763-pyitki-v-kitae/

Пыточных дел страсти (Часть 3)

Первая часть статьи

Вторая часть статьи

Нет, наверное, более овеянного мифами и легендами, более возбуждающего любопытство и щекочущего нервы культурного явления, чем инквизиция и ее пытки. И уже мало кто помнит, что инквизиция, по сути, была всего лишь дознавательным судебным органом – в культуру она вошла как чудовищная, сжигающая все на своем пути, изуверская машина.

Если развеивать все мифы об инквизиции и подробно описывать каждую пытку, то это потянет не на одну докторскую диссертацию. Однако несколько дополнительных мазков к общей известной картине все-таки хотелось бы сделать.

Говорим «инквизиция» – подразумеваем «пытки». Говорим «пытки» – подразумеваем «инквизицию»… Однако суд – дело серьезное, вдумчивое, не терпящее спешки и хаоса. Так что и в применении пыток была своя, весьма любопытная, логика.

Сговор с дьяволом – очень серьезное преступление, которое совершается не на физическом, а на духовном уровне. Поэтому классические методы получения показаний – как, например, обычный допрос – здесь неприменимы, нечистый всегда может помочь своим слугам.

И единственный способ обойти его козни – это получить чистосердечное признание от самого обвиняемого. И так же единственный способ развязать человеку язык – это пытать.

Причем, что интересно, выбивание признаний рассматривалось и как одолжение, великое благо для согрешившего – ведь чистосердечно раскаявшись, после смерти (которая следовала незамедлительно, ибо сотрудничество с дьяволом – это разрушение мира, покушение на Царство Божие, что сравнимо в современных реалиях только с терроризмом в особо крупных масштабах) он имел возможность попасть в рай.

Но, кстати, далеко не всякое сотрудничество с дьяволом считалось ересью. Так, до 1200 года примитивное чародейство (просьба дьявола о помощи, но при этом без отказа от Бога) рассматривалось как незначительное преступление. Однако позже даже обычная деревенская колдунья, мирно собирающая засушенных жаб, именовалась еретичкой наравне с поклонниками черных месс.

Некоторые судьи понимали бессмысленность жестоких пыток, которые заставляли людей оговаривать себя – но не рисковали противиться инквизиторской машине. Их снисхождение могли посчитать сочувствием и милостью к еретикам – и, в свою очередь, направить уже судей в лапы дознавателям.

Самое страшное, что для того, чтобы быть заподозренным в колдовстве, не требовалось никаких доказательств или показаний: достаточно было простого доноса или даже анонимки (вспоминаем 1937 год и жуткие «воронки», которые могли прибыть за любым человеком, которой стал неугоден соседу). На пытки и смерть люди отправлялись даже из-за выходок мстительных или скучающих детей (самый яркий пример – Салемский процесс, но кроме него, таких случаев были сотни).

Пытки состояли из нескольких стадий.

Первая, подготовительная, question preparatoire, поначалу обычно включала в себя банальное запугивание. Жертве подробно описывали то, что с ней может произойти, и показывали комнату пыток с демонстрацией орудий. Палач объяснял назначение каждого инструмента и примерял его к телу подозреваемого.

Воздействие пыточных орудий на этом этапе было минимальным – как правило, легкое давление или растягивание – и носило ознакомительный характер. Подозреваемым в этот момент настоятельно советовали признаться, пока дело не зашло слишком далеко. Если женщина упорствовала, ее могли изнасиловать.

Читайте также:  Книги про третью мировую

Нередко такое же насилие применялось и к мужчинам.

Подобная предварительная пытка не считалась значимым этапом в дознании, поэтому обычно в судебных отчетах ее не упоминали, формулируя итог как «признался без пытки».

Если же обвиняемый упорствовал, то переходили ко второй стадии подготовительной пытки, которая включала в себя такие варианты, как порка, растягивание на дыбе, помещение на лестницу, щипцы, тиски, заливание кипятка в подмышки, деревянную кобылу, дыбу, раскаленный железный стул, испанский сапог, колодки, в которые вливали кипяток или расплавленный свинец… и так далее, и так далее.

Некоторые пытки явно не имели никакого смысла для дознавателей – как, например, погружение человека в бассейн с кипятком, в который была добавлена известь, вливание в раны кипящего масла – а использовались исключительно как садистское развлечение тюремщиков. Особенно этим славился немецкий город Бамберг.

Затем следовала заключительная пытка, question definitive, которая применялась для того, чтобы выявить сообщников обвиняемого (его собственная вина уже не подвергалась сомнениям).

Если человек во время этой пытки умирал, то это объяснялось как «дьявол не хотел, чтобы тот признался, и убил его».

Удивительное милосердие – после каждой пытки, даже самой жестокой, человек должен был быть согрет, накормлен и одет! Более того, вокруг пыточных инструментов дежурили врачи, которые следили за состоянием «пациента».

Смысл этой внезапной доброты прост: обвиняемый не должен умереть без признания. Все отродья дьявола должны быть вычислены и уничтожены – а для этого необходимо, чтобы потенциальный доносчик на них успел восстановить силы к следующей пытке, да и во время нее не слишком быстро потерял сознание и тем более не умер.

Кстати, весь пыточный процесс был должным образом проведен на законодательном уровне – но, увы, хитрые юристы умудрялись его обходить. Например,

запрет повторного применения одной и той же пытки умело нивелировался формулировкой «продолжение пытки».

А закон, по которому обвиненная ведьма, отрицающая свою вину и выдержавшая три пытки, признавалась оправданной, обходился   вменением в вину «неуважения к органам власти» – и все равно в итоге смертная казнь.

Например, в Англии наказанием за умолчание (не только в деле о колдовстве, а и в любом другом) было «сдавливание до смерти», когда на человека клалась доска, а сверху наваливались камни и железо. Совмещение пытки и казни – как удобно, а главное, рационально!

Мы все прекрасно знаем такие пыточные инструменты, как груша, деревянная кобыла, дыба и прочие, – их реконструкции можно встретить в любом музее пыток или даже БДСМ-лавке.

Однако, положа руку на сердце, мало кто из нас, будучи сцапанным инквизицией, удостоился бы сомнительной чести попробовать их на себе.

Часть уважаемых читателей умерла бы – или призналась в чем угодно, даже в самоличном распятии Христа уже в первый же день подготовительных пыток. Вот об этих, простых, но таких действенных… манипуляциях и хотелось бы немного рассказать.

Тюрьма

Уже заключение в тюрьму можно было назвать пыткой.

Тюрьмы времен инквизиции – не современная камера и даже не каменный мешок замка Иф, это зловонная темница, которая никогда не чистилась, где тюремщики халатно относились к своим обязанностям, где скудную еду приносили раз в три дня и совершенно забывали о воде и где крысы по ночам могли обглодать лицо. Около 15 % заключенных погибали в самих тюрьмах, а еще 60 % умирали в течение пяти лет после выхода из них.

Сбривание волос

Это тоже можно назвать пыткой – а точнее, мучительной прелюдией к ней, учитывая, что эти манипуляции проводились, как правило, тупыми и ржавыми инструментами. После того, как подозреваемого в колдовстве заключали в тюрьму, ему полностью обривали тело и голову.

Смысл этой процедуры объясняли несколькими причинами: в волосах гипотетический колдун мог прятать амулет или оберег; на теле или голове под волосами мог таиться «знак дьявола» – да и сам дьявол якобы мог скрываться в волосах ведьмы или колдуна.

Разумеется, ни о каких кремах до и после бритья речь не шла – поэтому после этой жестокой процедуры кожа кровоточила и нередко висела лохмами.

Прокалывание

Не то чтобы пытка как таковая – скорее, средство определения связи обвиняемого с дьяволом. В годы «охоты на ведьм» была популярна теория о некоем «знаке» или «клейме» дьявола – метке, которую Сатана якобы ставил на своих верных слуг.

Этой меткой могла быть бородавка, жировик или родимое пятно – но даже человек с чистой кожей не был застрахован от подозрений, что его метка попросту невидима.

Чтобы обнаружить эти «знаки», дотошные дознаватели придумали прокалывать кожу – по этой самой теории, если воткнуть в метку острый предмет, булавку или иголку, то ее обладатель не ощутит боли, а из ранки не пойдет кровь.

Однако благими намерениями, как известно, вымощена дорога в весьма жаркое место… Охотники на ведьм нередко получали фиксированную сумму от деревенских властей за обнаружение «ведьмы, одна штука» и поэтому были кровно заинтересованы в том, чтобы таких ведьм насчитывалось как можно больше.

Так что не прошло и нескольких лет, как были изобретены специальные фальшивые иглы, острие которых при соприкосновении с кожей незаметно убиралось в ручку. Тысячи мужчин и женщин (по три-четыре десятка за раз) только за счет этого липового прокалывания были обвинены в колдовстве и препровождены в руки дознавателей. Там их ждали пытки, во время которых они были готовы оговорить себя, лишь бы избавиться от мучений. А охотники на ведьм, получив увесистые кошельки, отправлялись дальше.

Царапание

Можно, конечно, улыбнуться, памятуя о всех тех пытках, коими славна инквизиция – но царапание тоже входило в их число. Конечно, это была низшая форма пытки и нередко документировалась лишь задним числом – но как правило, ее применение означало прямое обвинение в колдовстве.

Точнее, это был некий сплав пытки и аннулирования последствий черного колдовства – считалось, что пускание крови ведьме исцелит околдованного ею человека. Царапание могло быть разным – официально, в суде, булавкой или иглой, или же якобы спонтанно, родственниками пострадавшего.

Если человек после этого исцелялся – вина ведьмы была практически доказана.

Тиски для пальцев

Очень известный вид пыток, неоднократно упомянутый в художественной литературе и кино. Весьма прост по своему механизму – и так же весьма действенен. Вариантов его несколько.

Самый примитивный, могущий применяться даже в полевых условиях, – кусок веревки с продетой в узел палкой. Веревка обвязывалась вокруг пальцев, палка вращалась, «тиски» туго закручивались.

Как правило, упорство подозреваемого могло привести к разрыву кожи и прорезанию мяса до кости.

А вот позднее изобретение, металлические тиски, могли даже раздробить кости. Как правило, их применяли для ногтей или кончиков пальцев – те вставлялись в зажимы, и винты закручивались. После того, как ногтевые фаланги были изуродованы, тиски перемещались выше, пока не «отрабатывали» все пальцы. Нередко дознаватели настолько от души закручивали винты, что потом не могли их раскрутить.

Плавание

Основная функция этого действа – определение виновности подозреваемой в колдовстве. Как правило, потенциальной ведьме привязывали большой палец правой руки к большому пальцу левой ноги и в таком виде троекратно погружали в воду.

Если она тонула – значит, невиновна («тонула» здесь в смысле «шла на дно», разумеется, когда становилось ясно, что женщина не ведьма, ее спасали), если же держалась на поверхности – связана с Сатаной.

  При всей простоте описания это была в высшей степени жестокая процедура, что признавали даже законники – так, в 1642 году несколько французских судей были приговорены к смерти именно за то, что применили «плавание» к подозреваемой в ведовстве (во время которого та умерла).

Тем не менее «плавание» было популярно вплоть до середины XIX века – однако использовали его уже не несуществующие инквизиторы, а темные и неграмотные обыватели.

Испытание водой

В горло обвиняемому запихивали тряпки, затем вливалась вода, вызывая удушье – а потом тряпки резко выдергивали обратно, вызывая рвоту, раня слизистую, выбивая зубы и разрывая связки.

Лестница

Эта пытка, особенно популярная во Франции и Германии, была одной из, так сказать, первых стадий пыточного процесса.

Обвиняемый (кстати, тут нужно уточнить, что дознаватели очень заботились о нравственности проводимых действий, поэтому на пытки несчастные попадали одетыми – в рубашку или панталоны) растягивался между двумя концами лестницы (или, как вариация этой пытки – между двумя столбами). По мере допроса веревки натягивали все сильнее и сильнее, выбивая суставы и разрывая мышцы.

В качестве добавочной под-пытки нередко применялось и «перекручивание» – человека дополнительно привязывали к лестнице тонкими бечевками, в узлы которых были вставлены палки. После того, как человек был растянут на лестнице до возможного предела, палки начинали крутить и бечевки врезались в кожу, разрезая ее.

Страппадо

В литературе нередко упоминается как «подвешивание». Одна из самых распространенных пыток, кстати, практически без изменений дошедшая и до наших дней.

Руки обвиняемого связывались за спиной, веревка перекидывалась через кольцо, вмурованное в потолок, – и человека поднимали в воздух.

Таким образом плечевые суставы выворачивались, причиняя сильную боль – а чтобы увеличить нагрузку на них, к ногам человека прикрепляли дополнительный груз.

Нередко «подвешивание», кроме своей пыточной функции, служило еще и способом зафиксировать человека – и пока он висел, его могли избивать, жечь каленым железом или применять тиски для пальцев. Но, несмотря на это, страппадо считалась достаточно легкой пыткой, в зависимости от…

Выворачивание рук

Так называемая «суровая пытка» – применение ее более трех раз, как правило, приводило к смерти. Как правило, люди на ней или погибали, или оговаривали себя.  Представляет собой вариацию страппадо – только человека после подъема на нужную высоту резко сбрасывали вниз, рывком удерживая в нескольких сантиметрах от пола.

Этот-то рывок и приводил к практически полному вывиху рук, а то и к переломам. Когда же дознавателям казалось, что суровости недостаточно, к ногам привешивался дополнительный груз, который мог весить сто и более килограмм! Как правило, падение с ним и заканчивалось летально.

Резкая остановка выламывала руки из суставов, а продолжающий движение груз разрывал сухожилия на ногах.

Пытки «бескровные»

Удивительно, но инквизиция не всегда жаждала крови. Нередко дознавателям претили кровь, лимфа, кишки и гной – и они обращали свой взгляд на пытки, которые не оставляли телесных повреждений.

Например, таковой было «хождение». Ничего лишнего – просто ходьба по кругу в камере, без возможности присесть, задремать, принять пищу или справить нужду. Постоянное хождение в течение не просто часов – а дней и ночей.

Читайте также:  Книги про казаков

Для тех же дознавателей, кому было лень следить за тем, чтобы обвиняемый постоянно ходил, был облегченный вариант – «лишение сна». Подозреваемого усаживали на стул, в максимально неудобной позе, и туго перевязывали веревками. Дознавателям оставалось только каждые час-два наблюдать за тем, чтобы человек не упал в обморок или не умер – и так в течение суток.

Еще один вариант «щадящей пытки» – кормление пересоленной едой и добавление в воду селедочного рассола. Через неделю такой постоянной жажды многие уже были готовы признаться без перехода к более серьезным методам дознания.

Посмотрите на все это. Груша, испанский сапог, кобыла, дыба… А ведь люди добирались и до этих видов пыток, пережив все описанные выше.

Многие ли из нас, нынешних, смогли бы выдержать испытание водой? Или тиски для пальцев? Или банальное для того времени подвешивание? Можно сколько угодно восхищаться изобретательностью инквизиции, может быть, даже представлять пытки в эротических фантазиях… Но это мерзко, отвратительно, страшно – и тем больше уважения вызывают люди, которые умудрялись их выдержать.

https://www.youtube.com/watch?v=BaK54niBeBM

Каждое орудие пытки – это десятки тысяч мертвых людей. И сотни выдержавших – и ушедших на другой этап.

Богатыри не мы, да.

Четвертую часть статьи читайте в следующем номере.

Источник: http://darkermagazine.ru/page/pytochnyh-del-strasti-chast-3

Книга — Пытки и наказания — Брайен Лейн — Читать онлайн, Страница 1

Закладки

Эта книга — не учебник для рэкетиров и не пособие для политических партий, стремящихся к власти и обещающих быстро и легко решить все проблемы. Прежде всего это книга о человеке, о нас с вами.

Сколько существует преступление, столько же существует и наказание. Два этих понятия тесно связаны друг с другом, первое из них влечет за собой (должно влечь) второе.

Вся история человечества — это борьба, бесконечный спор о соответствии преступлению наказания. Какие только меры не предусматривались. Это и принцип талиона (зуб за зуб, око за око), и смертная казнь (вспомним хотя бы «драконовские законы» 621 г.

до н. э.), и разнообразные пытки. О некоторых из них и пойдет речь в этой книге.

В основе всех этих наказаний одно — попытка разжечь чувство страха, испуга. Отсюда появление изощренных действий. К описанным в книге наказаниям хотелось бы добавить следующие случаи наказания.

Особенно жестокие и изощренные издевательства сопровождали классовые конфликты. После подавления восстания «Жакерия» во Франции в 1358 году его руководитель Гильом Каль был перед казнью «коронован» раскаленным железным треножником. Еще более страшной расправе был подвергнут руководитель крестьянского восстания в Венгрии в 1514 году Дьердь Дож.

Взятого в плен, его посадили на раскаленный трон и короновали раскаленной короной. Справедливости ради надо отметить, что восставшие тоже не особенно церемонились с бывшими господами.

Так, во время крестьянской войны в Германии весной 1525 года по приказу одного из крестьянских вожаков Якова Рорбаха вюртембергский фогт граф Людвиг фон Гельфенштейн и 13 его сторонников были осуждены на позорную казнь — прогон сквозь пики.

Широчайшее применение находили разнообразные пытки. Сопровождали они не только гражданские, но и религиозные войны. Вот как описывает в своем романе «Симплициссимус» (1668 г.) Ганс Якоб Кристоф Гриммельсгаузен разграбление деревни во время Тридцатилетней войны 1618–1648 годов:

«А работника солдаты связали и положили на землю, всунули ему в рот деревянную пялю да влили ему в глотку полный подойник гнусной навозной жижи, кою называли они «шведский напиток», что, однако ж, не пришлось ему по вкусу и произвело на лице его удивительные корчи.

Через то принудили они его свести некоторых из них в иное место, где взяли людей и скот и пригнали на наш двор… Тут стали они отвинчивать кремни от пистолетов и на их место ввертывать пальцы мужиков и так» пытать бедняг, как если бы хотели сжечь ведьму, понеже одного из тех пойманных мужиков уже засовали в печь и развели под ним огонь, хотя он им еще ни в чем не признавался.

Другому обвязали голову веревкой и так зачали крутить палкой ту веревку, что у него изо рта, носа и ушей кровь захлестала.

Одним словом, у каждого из них была своя хитрость, как мучить крестьян, и каждый мужик имел свою отличную от других муку… Отца моего они связали по рукам и ногам так, что он не мог пошевелиться, посадили к огню и натерли ему подошвы мокрой солью, а наша старая коза ее тотчас же слизывала, через что происходило щекотание, так что он, казалось, мог лопнуть со смеху» [1] .

Многочисленные факты взаимной жестокости сопровождают революции.

Проникновение европейцев в страны Востока обогатило приемы пыток и казни. Широкое распространение здесь получила казнь, когда связанного человека бросали умирать от голода и жажды на растерзание диким зверям. Вспомним хотя бы широкоизвестный эпизод из фильма В. Мотыля «Белое солнце пустыни».

Разнообразные пытки и казни применялись при подавлении антиколониальных восстаний, особенно англичанами в Индии. Повстанцев топтали слонами, привязывали к пушкам и ядрами разрывали на части. Специфически восточной казнью была следующая: крепко связанного человека клали на росток бамбука и оставляли.

Бамбук, вырастающий на 3–5 см в день, пронзал человека насквозь.

Поскольку книга Брайана Лэйна посвящена главным образом наказаниям в Западной Европе, хотелось бы несколько слов сказать о России.

Для подавления народных выступлений, наказания преступников в России использовались разнообразные пытки и казни. Были среди них и специфические, например, подвешивание ребром за крюк.

Мучения осужденного в этом случае могли длиться очень долго; порой казнимые умирали от жажды. К женщинам вместо этого вида казни нередко применялся иной, не менее страшный.

В русских летописях начала XVII века есть рассказы о том, как женщинам прорезали груди и, продев в раны веревки, подвешивали на перекладинах. (Подобные случаи отмечены в Ираке в 1980-х годах).

При подавлении народных восстаний часто применялись виселицы на плоту, которые пускались по течению реки. Подобные случаи отмечены при подавлении крестьянских войн Степана Разина и Емельяна Пугачева.

Еще одним широкораспространенным способом наказания было забивание палками. Наказание гибкими прутьями из лозняка — шпицрутенами — применялось в России с 1701 по 1863 годы.

Называлось это «прогнать сквозь строй».

После подавления восстания декабристов многих солдат, участников восстания приговорили к 8-12 тысячам ударов, что означало верную смерть, только куда более мучительную, чем расстрел или повешение.

Двадцатый век, усовершенствование техники создали новые приемы пыток и казней людей. Для умерщвления и издевательства стали применяться электричество, газы, кислоты. Не изменилось только одно:

Жестокость наказания никогда и нигде не способствовала снижению уровня преступности.

Жестокость вызывала ответную жестокость.

Значение книги Брайана Лэйна в том, что описание наказания с древности до наших дней вызывает желание запрета пыток и отмены смертной казни.

Появление и расширение такого движения — вот чем отличается наше время от всех остальных периодов развития общества.

Полное запрещение пыток, отмена смертной казни должны стать основной целью человечества в грядущем тысячелетии. Опыт показывает, что отмена смертной казни, замена ее пожизненным заключением, например, спасает-жизни невиновным (в случае судебной ошибки) и гораздо более эффективно воздействует на преступников, многие из которых не выдерживают наказания жизнью.

К сожалению, в нашей стране все еще применяются пытки, сохраняется смертная казнь, но очень хочется надеяться, что вскоре этому будет положен конец.

Тогда данная энциклопедия будет использоваться по назначению — как историческое пособие, рассказывающее еще об одной победе человека, победе над самим собой.

Красильников И. Б.

Энциклопедические работы, подобные этой, скорее составляются, нежели пишутся. Энциклопедия — это подборка фактов, эпизодов и суждений, тщательно проверенных, проанализированных и упорядоченных таким образом, чтобы получилась интересная и познавательная книга.

Конечно же, многие люди внесли свою лепту в написание этого исследования, и вправду сказано, что один ум — хорошо, а два — лучше. Здесь невозможно отдать должное всем тем, кто помог мне в работе, но я буду ссылаться на них в дальнейшем. В моем распоряжении имелись работы, написанные более ранними исследователями проблемы преступления и наказания.

Их книги оказали мне неоценимую помощь в подборе материала, впрочем, как и их ссылки на своих предшественников, и хотя каждая такая ссылка нуждалась в серьезной проверке, я был избавлен от многих часов утомительных поисков. Одно из самых интересных исследований — книга Эрнста Петтифера «Наказание в дни былые» (Punishment of Former Days).

Хотя она повествует только о британских методах ведения следствия и отправления правосудия, автор, прослуживший многие годы секретарем суда в Вест-Райдинге (графство Йоркшир), дает яркую и исчерпывающую картину английского судопроизводства.

Неоценимую помощь оказала мне трилогия члена зоологического и философского королевских обществ Джорджа Райли Скотта «История телесных наказаний» (History of Corporal Punishment), «Многовековая история пытки» (History of Torture Throughout the Ages) и «История смертной казни» (History of Capital Punishment).

Интересно было прочитать на первой странице, что книга предназначалась для продажи только «врачам, юристам, антропологам, психологам, социологам и криминалистам», дабы уберечь предшествующие поколения от случайной встречи с каким-нибудь нынешним садомазохистом.

Забавно и то, что автор этих строк, будучи юношей, видел эту книгу на пыльной витрине одного из тех магазинчиков, в которых когда-то продавались грыжевые бандажи и противозачаточные средства.

В книге Джона Свейна «Прелести камеры пыток» (Pleasures of the Torture Chamber) я нашел несколько темных ссылок, проверка которых доставила мне истинное удовольствие как исследователю, а «Наказание в прошлые века» (Bygone Punishment) Уильяма Эндрюса может считаться классической в данной области. Эти и другие книги стали для меня источником знания и вдохновения, когда я писал свое собственное сочинение, которое, надеюсь, также окажется небесполезным для будущих исследователей этой проблемы.

Большинство книг, с которыми я работал, уже давно не переиздаются и могут быть найдены только в библиотеке, поэтому хочу еще раз выразить мою благодарность за неизменную любезность и компетентность сотрудникам читального зала Британского Музея.

Я также искренне благодарен моему товарищу Уилфреду Греггу, в чьей несравненной библиотеке, вобравшей в себя множество невыдуманных криминальных историй, я чувствовал себя более чем уютно.

После прочтения этой книги читателю станет понятно, что мне пришлось иметь дело не только с далеким и недалеким прошлым, но и с неприглядным настоящим, и моим знанием сегодняшнего состояния дел в том, что касается пыток и бесчеловечного обращения, я во многом обязан докладам Международной Амнистии и ООН, не жалеющим усилий на борьбу с этим злом.

Источник: https://detectivebooks.ru/book/42746479/?page=1

Ссылка на основную публикацию