Книги про смерть

7 книг, с которыми легче преодолевать страх смерти

Нам не обязательно умирать, чувствуя себя проигравшими — разочарованными, преисполненными сожалений, поверженными смертью. Можно «отдаться» смерти мирно и почти не ощущая боли, оставаясь открытыми и исполненными благодарности. Как этому научиться? Для начала решиться на эксперимент.

Поэт, философ, преподаватель медитации Стивен Левин (1937–2016) разработал удивительную программу: он предложил выделить целый год для того, чтобы провести его как последний. Год, чтобы перед лицом смерти пересмотреть свои приоритеты и разобраться с неразрешенными проблемами.

Чтобы научиться осознанному принятию душевной и физической боли, от которой мы со страхом отстраняемся. А если страх внушает уже сам этот эксперимент, спешим вас заверить: упражнения и медитации, которые рекомендует автор, не ведут к отказу от жизни и депрессии.

Напротив, они пробуждают живой интерес к происходящему и помогают воспринимать острее каждый миг своего земного бытия. (Ганга, 2016).

Без этого философа и теолога невозможно представить экзистенциальную психотерапию. Прежде чем стать профессором Гарвардского университета (США), Пауль Тиллих успел побывать лютеранским пастором в рабочих кварталах Берлина и армейским капелланом на полях Первой мировой.

Он видел мучительную и бессмысленную смерть, и после этого ему стало трудно проповедовать надежду и верить в доброго Бога. И все же он не впал в отчаяние и не отрекся от веры, но написал так: «Я пришел к парадоксу о вере без Бога».

Затем он преподавал теологию и философию в крупнейших университетах, но был уволен с приходом к власти нацистов. Тиллих переехал в США, где и написал свои важнейшие работы.

«Мужество быть» (1952) обращена ко всем, кто пытается преодолеть свою тревогу перед лицом небытия, справиться с отсутствием смысла. (Модерн, 2011).

82-летний Ирвин Ялом, мудрый, тактичный писатель и психотерапевт — просто идеальный собеседник на эту тему. Вопросы старости и смерти так или иначе присутствуют во многих его книгах, но здесь с ними связаны почти все истории.

Как показывает автор на нескольких ярких примерах, отношение к смерти может иметь определяющее влияние на нашу жизнь иногда с молодых лет. «Древние учили не бояться смерти — когда она придет, нас уже не будет, — комментирует книгу психолог Дмитрий Леонтьев.

— Но современная психология уточняет: смерть часто проникает в нашу жизнь задолго до ее окончания.

И в зависимости от того, насколько хорошо мы осознаем это и насколько готовы признать ее реальность и неминуемость, она либо отравляет нам многие годы, либо, наоборот, делает жизнь ярче и глубже, заставляя острее чувствовать ответственность за нее». (Московский институт психоанализа, 2014).

Танатотерапия помогает установить контакт человека с процессами смерти и умирания, она моделирует эти процессы — объясняет автор метода психотерапевт Владимир Баскаков. Нам трудно контактировать со смертью, это все равно что схватиться рукой за горячую сковородку.

Искусство танатотерапии состоит в том, чтобы обойти психологические защиты и открыть доступ к особому состоянию: испытавшие его описывают как удовольствие, радость и счастье.

Оно возникает от переживания тех характеристик своего тела, которыми обладают тела умерших: полное исчезновение мышечных зажимов и напряжений, отказ от сверхконтроля (который обычно осуществляет наше сознание), возможность ощутить свое тело как вещь, как объект.

Такая помощь позволяет безопасно соприкоснуться с мыслью о своей смертности и учиться воспринимать ее как часть жизни, ее естественное завершение. (Институт общегуманитарных исследований, 2007).

В числе авторов сборника — митрополит Антоний Сурожский и Елизавета Глинка (доктор Лиза), психолог Лариса Пыжьянова и работающая в московском хосписе голландка Фредерика де Грааф.

Их объединяет близкое знакомство со смертью: они помогали или помогают уходящим из жизни людям, оставаясь с ними до последних мгновений, и нашли силы обобщить этот пронзительный опыт. Верить ли в загробную жизнь и бессмертие души — личное дело каждого. Книга все-таки не об этом.

А о том, что смерть неизбежна. Но страх ее можно преодолеть, как можно преодолеть и горе от утраты близких людей. Как ни парадоксально это звучит, «От смерти к жизни» вполне встает в ряд пособий типа «как добиться успеха».

С той ощутимой разницей, что рекомендации авторов предполагают душевную работу, куда более серьезную и глубокую, чем следование пошаговым инструкциям коучей. (Даръ, 2015).

Любой серьезный диагноз ввергает нас в глубокий кризис и опрокидывает все жизненные устои. Он выводит нас из русла повседневных забот и пробуждает душу, подключает к духовным ресурсам и может стать подлинной инициацией.

Психиатр и юнгианский аналитик Джин Шинода Болен знает об этом не только как медик: смерть сына после тяжелой болезни кардинально изменила ее личную жизнь тоже.

Она описывает этот нелегкий процесс духовной трансформации и рассказывает, как в путешествии души нас поддерживают связи с другими людьми, воодушевляющие истории, молитвы и ритуалы, — все это помогает нам сосредоточиться на душе и хотя бы на время обрести относительную безмятежность. (Когито-центр, 2017).

Первая книга доктора Моуди «Жизнь после жизни» была опубликована 25 лет назад и произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Всерьез заинтересовавшись темой околосмертных переживаний, молодой врач собрал, записал и проанализировал сотни рассказов людей, переживших клиническую смерть и сумевших описать такие известные сегодня феномены, как выход из своего тела, просмотр собственной жизни в «ускоренной перемотке» и, разумеется, пресловутый «свет в конце туннеля». Спорная, противоречивая и неоднозначная, книга Моуди тем не менее едва ли не впервые со времен появления великих мировых религий смогла изменить представления человечества о том, что его ожидает по ту сторону последней черты. Новая книга Рэймонда Моуди продолжает исследование околосмертных переживаний человека: на сей раз речь идет о том, что испытывают в момент клинической смерти дети, а также о той особой роли, которую играют эти удивительные впечатления в дальнейшей жизни тех, кому довелось их испытать. (София, 2009).

Источник: http://www.psychologies.ru/self-knowledge/7-knig-s-kotoryimi-legche-preodolevat-strah-smerti/

Деликатная тема: ТОП 10 книг про смерть

На сегодняшний день тема смерти в человеческой культуре звучит довольно-таки парадоксально, и это лучше всего отражается в книгах. С одной стороны, о «старухе с косой» вслух говорят явно без энтузиазма, с некой боязнью.

С другой — смерть фигурирует почти в каждом издании. Нынче очень важно иметь правильное представление о жизни, смерти и жизни после смерти. Если внутри много отрицательных мыслей, то нужно это срочно менять. Ведь порогом к счастливой жизни есть принятие смерти.

Как это не противоречиво звучит.

В книгах смерть предстает в различных ипостасях: не только как социальный феномен, но и как медицинский. Рассматривается с юридической, философской, или же религиозной точки зрения. В предлагаемой подборке собраны лучшие книги о смерти.

Генри Марш «Історії про життя, смерть і нейрохірургію»

Книга, проводящая тонкую грань между жизнью и смертью. Реальные истории от известного нейрохирурга, наполненные сложными психоэмоциональными состояниями, переживаниями, морально-этическими дилеммами.

Они позволяют заглянуть в кулуары души врача, проследить динамику ее состояний перед принятием решения об операции, в час ожидания в операционной и т.д. Каждая глава — рассказ об отдельном пациенте и о том, как его лечение повлияло непосредственно на самого Марша.

Издание преисполнено острых сюжетов, подобно динамичному блокбастеру. Здесь жизнь людей, их чувства и переживания. Откровенное повествование о реальном мире больницы, без розовых очков и ложного оптимизма. Местами шокирующее и неприятное, местами — радостное и горькое.

О сложностях призвания врача, курьезах лечебного дела. Это исповедь во всех ее проявлениях: о том, как автор делал пациентов счастливыми и о своих ошибках, которые могли стоить им жизни.

В книге много описаний будничных дел нейрохирурга: как проходит утро, дорога на работу, рассматриваются рабочие моменты. А еще — личные переживания: смерть матери, развод с женой.

Немало внимания уделено отношениям между врачом и пациентом, врачом и родственниками пациентов, а также врачами между собой. На многие вопросы Генри Марш дает ответ сквозь призму философии и нейрохирургии.

Если и начинать читать книги о жизни и смерти, то именно из увлекательной работы Генри Марша.

Луиза Л. Хей «Письма к Луизе со всего мира. Ответы ищите в себе»

Поучительная книга, в основе которой лежит философия любви и понимания к себе. Луиза Хей, известный психолог, раскрывает интересные темы, дает определенные знания, способные помочь не одной заблудившейся душе. Дельные советы и решения многих жизненных проблем.

Смерти автор уделяет целую главу, утверждая, что это естественная и достаточно нормальная часть жизни, к которой стоит относиться более спокойно. Жизнь не вечна. Все умирают. Это нормально. Не надо воспринимать смерть как поражение, лучше считать ее простой «остановкой планеты». В общем, все это очень интересно.

Определенно книгу стоит читать тем, кто переживает скорбь и боль потери близкого человека.

Светлана Омельницкая «Время встречать рассвет»

В разделе «книги о жизни после смерти» первое издание из серии книг «Душевные сказки» заслуживает особого внимания, так как во многих случаях помогает сделать шаг навстречу светлому будущему, избавиться от душевной боли, связанной с уходом в иной мир родных и близких.

Книга вдыхает позитив, открывает глаза на прекрасное, перегружает эмоциональный механизм, от чего человеку становится легче. Читатель найдет ответы на тревожащие его вопросы: Что делать? Как пережить беду? Как относиться к смерти более спокойно? Автор учит дорожить и ценить каждую минуту жизни, проживать ее в радости и дышать на полную грудь.

Ведь жизнь — это большой подарок, и даже после глубокой темной ночи всегда наступает рассвет.

Генри Марш «Ні сонце, ані смерть. Зі щоденників нейрохірурга»

Если предыдущая книга о смерти, жизни и нейрохирургии, то здесь значительно меньше медицины, но еще больше открытости, жизненной философии и размышлений о неизбежном.

Генри Марш не радует читателей верой в жизнь после смерти, а точнее, на восстановление того, что теряется навсегда. Как для нейрохирурга, для него это такой же когнитивный диссонанс, как и надежда умирающего на продление жизни.

Книга заставляет читателя взглянуть на смерть, подумать, почему мы ее боимся, и почему так держимся за жизнь.

Автор еще раз поразил своей смелостью: он искренне рассказывает о цене ошибок, о горечи разочарования в людях, о жертвах, на которые ему пришлось пойти ради медицины. Немало интересных размышлений и об организации здравоохранительной системы в Англии, Украине и Непале.

Пол Каланити «Коли подих стає повітрям»

Автобиографическое произведение молодого талантливого американского нейрохирурга Пола Каланити, счастливую жизнь которого оборвала страшная болезнь.

Эта книга о смерти, но также и о жизненном пути Пола, его учебе, бракосочетании и рождении ребенка, о том роковом дне, когда автор узнал о своем страшном диагнозе. Дальнейшее развитие сюжета — борьба против рака, где автор больше говорит не о смерти, а скорее о жизни.

Сначала о жизни, когда ее конец кажется далеким. Затем о жизни, когда смерть начинает догонять. Затем, о жизни, когда смерть совсем рядом, сидит с тобой на больничной койке. Невероятная история такого же невероятного человека с огромной силой воли.

Почитать работу Каланити будет интересно и тем, кто желает приобщиться к этической стороне вопроса смерти, в частности, книга показывает, какой тяжелый моральный груз лежит на плечах врачей.

Джой Шаверен «Умирающий пациент в психотерапии. Желания. Сновидения. Индивидуация»

Книга рассказывает о пациенте, у которого (после длительного исследования и наблюдения) обнаружили смертельно неизлечимую болезнь.

В соответствии со сложившимся обстоятельствами, автор акцентирует внимание на методах и целях психотерапии, открывает читателю глаза на обыденные сложности и желания больного, а также показывает, как следует общаться с пациентом, который находится на грани жизни и смерти.

Автор книги, Джой Шеверен, отмечает, что у неизлечимого пациента процесс индивидуации продолжается до самой смерти. Собственно, становлению личности и развитию уникальных способностей уделено в книге немало. «Умирающий пациент» — лучшее пособие по психологии, чтение которого будет полезно не только людям в белых халатах, но и простому прохожему.

Ирвин Ялом «Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти»

Уникальное издание американского психотерапевта, прекрасно раскрывающее тему страхов, в частности, страха смерти. Книга дает ответы на многие тревожащие вопросы касательно смерти и предоставляет действенные методы их решения. Это источник многих реальных историй из врачебной жизни и бытия пациентов.

На первый взгляд может показаться, что большинство людей не боится смерти. Но это обычно потому, что люди это или пытаются скрыть, или даже не хотят думать о подобных обстоятельствах, переключаясь на работу, семью, церковь и т.д.

Скрывая самих себя, свою душу, человек порождает в себе множество психологических расстройств, депрессию. Часто и вовсе бросает вызов смерти, занимаясь, к примеру, опасными видами спорта. Однако автор утверждает, что все это лишь гипотетичный страх.

По-настоящему люди начинают бояться смерти лишь тогда, когда «старуха», проходя совсем рядом, непосредственно «задевает костлявым плечом». Например, когда приходит война, смерть родных или собственная неизлечимая болезнь.

В такие моменты степень страха и понимание собственной смертности, как правило, достигают максимальной точки. И задача книги Ирвина — эти страхи преодолеть, научиться использовать их для своей выгоды, дабы насладиться жизнью на полную.

Владимир Леви «Memento. Книга перехода»

Книга актуальна для каждого, кому интересны книги про жизнь после смерти. Поднимает вопрос смерти и дальнейшего перехода человека в вечность и пробуждает веру в то, что душа бессмертна.

Как принять смерть? Как говорить на эту тему с детьми? Как себя уберечь от непоправимого? Что и как правильно, делать, дабы поддержать тех, кто находится на пороге смерти? Смерть — это конец, или просто переход к другому состоянию? Обо всем этом и многом другом читайте в работе Владимира Леви.

По его мнению, человека, который тратит свою жизнь нерационально, убивая время, можно, так или иначе, считать самоубийцей. Так как прожить отведенное тебе время правильно? Эта книга о смерти дает четкие подсказки.

Елизавета Данилова «Жизнь после смерти. Религиозные представления и научные доказательства»

Читайте также:  Книги про мумий

Актуальная книга на все времена, где каждый герой и образ — это неделимая вселенная со своими законами, трагедиями и идеалами. Автор до последней страницы держит читателя в напряжении, не открывая главной идеи издания.

Если взять книги о смерти, то эта — сплошная загадка, которую, используя обычную логику, разгадать сложно.

Извечные вопросы о смерти, загробном существовании, ожидаемом блаженстве «на небесах»; о вечных муках, после прочтения этой книги про смерть, станут более понятными.

Отдельно автор пишет о противоположных началах — об аде и рае. Он приводит обоснованные представления об «измерениях» с религиозной и научной точки зрения. На тему смерти это одна из книг, наиболее близких к науке.

Мэтт Адамс, Дэвид Саусвелл «1001 курьезный способ умереть»

Поразительная и вовлекающая книга о смерти, точнее о самых невероятных, будоражащих, страшных и нелепых способах уйти в мир иной. Автор собрал реальные истории человеческих смертей, вызывающих полный спектр эмоций, от ужаса и непонимания до откровенного «черного» смеха.

Вместе с тем, книга дает понять, что человеческая жизнь — миг, блаженство, которым стоит дорожить. Ибо сегодня ты есть, а завтра может случиться что угодно.

На голову упадет кирпич, собьет машина, ударит током, просто банально подавишься ложкой супа, и все! Задача автора — пробудить в каждом читателе любовь к себе, своей жизни и судьбе. Заставить ценить то, что есть.

И, вместе с тем, показать, что смерть не дремлет, в любой момент готова расправиться с вами, делая это без малейшего угрызения совести. «1001 курьезный способ умереть» — это самый эксклюзивный и невероятный список того, как не нужно делать. Ни при каких обстоятельствах!

Читать  10 книг по психологии, которые помогут понять себя и мир вокругЧитать  У смерти тоже есть сердце(Visited 773 times, 5 visits today)

Источник: http://blog.yakaboo.ua/ru/knigi-pro-smert/

Библиотека T&P: 5 книг о смерти и умирании

антрополог, координатор Лаборатории социальных исследований смерти и умирания (ЦНСИ), редактор научного журнала «Археология русской смерти»

Филипп Арьес. «Человек перед лицом смерти»

Книга французского историка Филиппа Арьеса является своеобразной «библией», в которой раскрывается академический взгляд на тему смерти. Несмотря на то что она написана более полувека назад, это, пожалуй, наиболее цитируемая работа, которая не теряет актуальности. Это ретроспективное исследование образов смерти в европейской культуре и смены парадигм в нашем отношении к теме.

Кейтлин Даути. «Когда дым застилает глаза. Провокационные истории о своей любимой работе от сотрудника крематория»

Кейтлин Даути долгое время работала в крематории, потом стала профессиональным похоронщиком, получив лицензию, а сейчас является одним из идеологов движения Death Positive, выступая по всему миру и рассказывая о своем (весьма нетривиальном) взгляде на смерть и на жизнь. Эта книга — абсолютный бестселлер в США, и вот наконец она переведена на русский язык. В ней собраны «байки из склепа», а точнее крематория, обильно приправленные личными размышлениями на вечную тему.

Элизабет Кюблер-Росс. «О смерти и умирании»

С книги Элизабет Кюблер-Росс началось хосписное движение в Америке, под воздействием ее идей развились современные представления о помощи переживающим горе и утрату — ее 5-фазовую «модель принятия» знают даже люди, далекие от темы. Конечно, как и книга Арьеса, работа Кюблер-Росс довольно легко критикуется, крайне спорна и, может, даже не совсем актуальна в современном контексте, но чтобы увидеть, с чего все начиналось, познакомиться с ней необходимо.

Моника Блэк. «Смерть в Берлине. От Веймарской республики до разделенной Германии»

Историческая антропология темы смерти в отдельно взятом сообществе.

Моника Блэк предпринимает попытку понять, менялись ли взгляды немцев на смерть в годы Первой и Второй мировых войн, в послевоенные периоды, во время разделения страны на западную и восточную части.

Влияли ли эти взгляды на политику Германии, или же определялись ею? Несмотря на некоторые проблемные места, книга является редким примером того, как можно академично писать о смерти.

Сергей Мохов. «Рождение и смерть похоронной индустрии: от средневековых погостов до цифрового бессмертия»

Конечно, я бы никогда не советовал читать то, что пишу сам (это и неприлично, да и я далек от писательского идеала), но, к сожалению, книг на русском языке о смерти и умирании настолько мало, что придется это сделать.

Моя книга посвящена авторской интерпретации и поиску ответов на вопросы «Как устроена похоронная индустрия в разных странах?», «Для чего придумали бальзамацию?», «Почему в России кладбища такие неухоженные, а в качестве катафалка используются грузовые автомобили?» и так далее.

«] role=articleBodyBreaking>

Источник: https://theoryandpractice.ru/posts/16687-biblioteka-tp-5-knig-o-smerti-i-umiranii

4 книги о смерти и вечной жизни — Православный журнал «Фома»

Всех нас волнует вопрос, есть ли жизнь после смерти. Если есть, то какая она? Если нет, то что нас ждёт? Сегодня мы расскажем вам о книгах, которые посвящены проблеме смерти.

Мы уже писали о Фредерике де Грааф — голландке, принявшей Православие в 1977 году, духовной дочери владыки Антония Сурожского, которая уже 14 лет служит психологом в Первом московском хосписе .

Сегодня же хотелось бы рассказать о только что вышедшей книге Фредерики де Грааф «Разлуки не будет: Как пережить смерть и страдания близких».

По словам автора, «Эта книга о подготовки человека не к смерти (ни у кого нет такого личного опыта), а к Жизни». Фредерика де Грааф неоднократно делает обращается к словам и трудам своего духовного учителя Антония Сурожского.

Митрополит Антоний Сурожский говорил: «Смерть, мысль о ней, память о ней — единственное, что придает жизни высший смысл», «Дни лукавы, время обманчиво.

И когда говорится, что мы должны помнить смерть, это говорится не для того, чтобы мы боялись жизни; это говорится для того, чтобы мы жили со всей напряженностью, какая могла бы у нас быть, если бы мы сознавали, что каждый миг — единственный для нас…». Осознав и приняв эти слова, Фредерика де Грааф воплощает их в собственной работе.

Из книги мы также узнаем о судьбе врача, психиатра Виктора Франкла. Он был евреем, занимал пост главного врача в больнице для бедных в Вене.

Когда началась Вторая мировая война, Франкл попал в концентрационный лагерь, где провел три года. Ему удалось не только выжить, но и помочь другим людям перенести боль и страдания, выдержать страх смерти.

Обращаясь к опыту Виктора Франкла, Фредерика приводит и примеры из собственной практики.

Еще один человек, чьи труды сыграли важную роль при написании книги — американский психолог Элизабет Кюблер-Росс, которая создала концепцию психологической помощи умирающим на основе своего богатого опыта работы с людьми, столкнувшимися со смертью. Фредерика де Грааф, основываясь на работе Элизабет Кюблер-Россс, описывает те этапы, через которые проходит человек, переживающий жизненный кризис, связанный с болезнью или смертью близких.

Книга имеет серьезную теоретическую основу и в то же время представляет собой личный опыт — опыт осмысления того, что сумели определить другие люди, опыт применения этого на практике, и просто жизненный опыт и собственные наблюдения. Фредерика де Грааф выступает не с позиций теоретика, но с позиций человека, который день за днем сталкивается со смертью.

Как общаться с больным человеком? Как не навредить излишней заботой? Как жить с мыслью о смерти? Что делать, если больной не в состоянии говорить? Что делать, чтобы помочь больному? Чего, наоборот, не делать? Как пережить последние часы перед смертью вместе с близким человеком? Как жить в настоящем, а не в будущем? Как бороть чувство вины? Как пережить смерть детей? — эти и многие-многие другие вопросы Фредерика не только поднимает в своей книге, но и отвечает на них.

Издательский дом «Никея», 2016, 192 страницы, рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви.

Книги иеромонаха Серафима (Роуза) изменили жизнь не одного десятка людей. Не может оставить равнодушным его собственный путь: родившись в Калифорнии в протестантской семье, Юджин Роуз поступил в Сан-Франциско в академию востоковедения.

Изучал восточные духовные практики, занимался йогой. Но в конце 1950-х годов что-то привело его в православную церковь в Сан-Франциско.

Уже 25 февраля 1962 года Роуз принял Православие с именем Евгений, а в 1970 был пострижен в монашество с именем Серафим.

Книга иеромонаха Серафима (Роуза) «Душа после смерти» — это серьёзное исследование, предлагающее читателям экскурс в проблему жизни после смерти.

Автор провёл колоссальную работу по изучению различных точек зрения и предлагает читателям познакомиться не только с содержанием Священного Писания и текстов святых отцов, но также с работами протестантских авторов и даже описаниями оккультных практик.

Например, в своей книге отец Серафим (Роуз) обращается к книге психиатра Д-р Реймонда Моуди мл. «Жизнь после жизни», книге Карлис Осис и Эрлендур Харалдсон «В час смерти», книге Искуль К.

«Невероятное для многих, но истинное происшествие», к оккультной литературе, к тибетской «Книге мертвых»… Конечно, в работе иеромонаха Серафима (Роуза) мы найдем цитаты и их анализ из трудов епископа Игнатия (Брянчанинова), «Собеседований» святого Григория Великого, трактатов блаженного Августина, житий святых.

Сам автор так определяет свою задачу так: «Однако уже то, что значительная часть этой книги посвящена обсуждению опытов, как христианских, так и нехристианских, означает, что здесь не все представляет собой простое изложение церковного учения о жизни после смерти, но что также дается и авторская интерпретация этих разнообразных опытов. Мы постарались, насколько это возможно, дать эти интерпретации в условной форме, не пытаясь определить эти стороны опыта так же, как можно определить общее учение Церкви о загробной жизни».

Конечно, это не та книга, которую берёшь, чтобы отдохнуть после тяжёлого рабочего дня, а глубокая работа, требующая внимательного чтения и изучения. Но серьёзные проблемы требуют серьезного подхода. В своём исследовании иеромонах Серафим (Роуз) предлагает ответы на многие мучительные вопросы.

Издательство Сретенского монастыря, 2007, 272 страницы, по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла.

Книга «Смерть и воскресение» священника Максима Вараева входит в серию «Встречи с Богом» и представляет собой рассуждение священника о глубине заупокойной молитвы, а через нее — о тайне смерти и вечной жизни.

Автор отмечает, что в современном мире мы не задумываемся о смерти, пока не столкнемся с ней лицом к лицу, как говорил Блез Паскаль: «Легче перенести смерть, не думая о ней, чем мысль о смерти, даже не угрожающая нам».

Однако страх перед смертью — чувство вполне естественное, поскольку смерть «не вписывается в стройную картину мироздания».

Священник Максим Вараев обращается к проблеме первородного греха и объясняет, что «смерть — это последствие разрушения единства любви между человеком и Богом, между человеком и его ближним, а значит, и преодоление смерти заключается в восстановлении этого первозданного единства».

Сегодня поминовение усопших и все связанные с ним церковные традиции являются чем-то само собой разумеющимся для большинства христиан. Мы не задумываемся о том, какой глубинный смысл содержат в себе заупокойные молитвы. Оказывается, что в заупокойных текстах присутствует два смысловых центра: ходатайство за душу умершего и покаяние. Об этом тоже рассказывает автор книги.

Также отец Максим Вараев обращается к теме «памяти смертной». Он подчеркивает, что она имеет первостепенное значение в духовной практике христианства.

Сегодня многие из нас привыкли видеть жизнь как нескончаемый праздник и избегать мыслей о смерти, но «памятование о смерти является традиционным духовным упражнением, помогающим верующему отречься от всего суетного и второстепенного и сосредоточиться на самом главном, едином на потребу».

В качестве приложения к книге приводится несколько заупокойных молитв.

Книга «Смерть и воскресение», хотя и обращается к серьезной теме, написана довольно простым языком. Это не столько исследование, сколько беседа, автор обращается к читателю с целью объяснить ему те или иные вещи, дать ответы на вопросы.

Тема смерти многих из нас может повергнуть в печальные размышления, но, как подчеркивает священник Максим Вараев, «ежедневное памятование о смерти должно не отравлять нашу жизнь, но помочь нам принимать каждый ее миг как единственный и уникальный, переживать каждое мгновение нашей жизни со всей ответственностью, во всей его полноте и правде».

Издательство «Никея», 2014, 144 страницы, рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви.

Книга «От смерти к жизни: как преодолеть страх смерти» — это сборник размышлений о жизни и смерти священников и богословов, психологов и врачей, работников хосписа и волонтеров. Здесь приведены не абстрактные беседы и рассуждения, а описываются реальные истории из жизни.

Как жить в мире, если есть смерть? Как преодолеть бессмыслицу смерти? Как помочь человеку на пороге смерти? Как утешить человека, потерявшего близкого? Почему жизнь бывает такой короткой? Мама, а я умру? Лишены ли некрещеные младенцы Царствия Небесного? По всем этим вопросам, использованным в качестве заголовков к статьям, можно понять, что в сборнике подняты все ключевые проблемы, связанные со смертью и жизнью после смерти. Нам не предлагают готовых ответов и инструкций, а предоставляют свидетельства и реальные истории.

Автор-составитель сборника Анна Данилова также опубликовала в нем несколько статей — «Без гарантий», «Ампутация. Год первый», «Что сказать человеку, потерявшему близкого?». Это — собственный опыт переживания трагедии. «Мой муж, Анатолий Данилов, умер неожиданно, скоропостижно, среди полного здоровья.

Острая легочная недостаточность — сказали эксперты. му только исполнилось 42 года, мне вскоре должно было исполниться 32, нашей долгожданной дочке — 6 месяцев», — такими словами начинает Анна Данилова свой рассказ. Автор рассказывает о всех трудностях, с которыми встретилась после «ампутации важнейшей и лучшей части себя».

Это и новое обустройство быта, и раздача вещей, и отношение окружающих. Это и вопрос, почему у тебя горе, а вокруг — радость и радость? Это и вечное «чувство несправедливости, случившейся с дочкой».

На собственном опыте пережив и поняв, какие слова утешения действуют, а какие нет, Анна Данилова предлагает разделить их на две группы — выражающие симпатию и выражающие эмпатию.

Читайте также:  Книги про инвалидов

Мы знаем, что самоубийц не отпевают и всегда хоронили за церковной оградой. Однако сколько людей, желающих собственной смерти, угрожающих вскрыть вены или наглотаться таблеток. Священник Андрей Кордочкин пишет: «Суицид — это вопрос ко всем нам, а синяя линия кардиограммы на графике — это диагноз страны».

Он задает вопрос:«Что делать человеку, который в силу душевных, психических или даже физических особенностей вынужден жить с мыслью о самоубийстве?». Священник обращается к собственному опыту работы с людьми, стоящими на краю, к опыту работы сайта mysuicide.ru, к работам преподобного Иоанна Лествичника.

В сборнике представлена публицистика священников Георгия Чистякова (который окормлял пациентов Детской республиканской клинической больницы, больных раком, и сам умер от этой болезни), Алексия Уминского, Андрея Лоргуса и других. Для того, чтобы найти успокоение и надежду, можно обратиться к словам митрополита Антония Сурожского, протопресвитера Александра Шмемана, архимандрита Саввы (Мажуко).

Кому-то эта книга может принести облегчение и дать надежду, кому-то нет. Но прочитать ее, безусловно, стоит. Хотя бы ради того, чтобы познакомиться с мнениями и опытом людей, столкнувшихся со смертью. Со смертью, которая внушает нам страх и о которой мы стараемся не думать.

 Сборник. Авт.-сост. А. А. Данилова, PRAVMIR.RU; ДАРЪ, 2015, 384 страницы, допущено к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви.

На заставке фрагмент фото flickr.com/h-k-d

Источник: https://foma.ru/chetyire-knigi-o-smerti-i-vechnoy-zhizni.html

Книги про жизнь после смерти. — книги о жизни после смерти список

Опять у меня набралось на небольшую подборку. Книги, кстати, далеко не депрессивные. Просто, во многих смерть это только начало. Поехали.

«Голова профессора Доуэля» Александр Беляев.<\p>

Молодая женщина Мари Лоран устраивается в лабораторию известного ученого — профессора Керна. В первый же день девушку ожидает потрясение — на ее рабочем месте «живет»… человеческая голова, лишенная туловища. Именно за ней ей предстоит ухаживать…

Легко читается, красочные образы, любопытные герои, интересный сюжет. Я ожидала худшего, но проглотила книгу в одну ночь. Не могла уснуть, пока не узнала, чем все закончится. Для себя не нашла какой-то особой философии, зато хорошо провела время.

«Восстаньте из праха» Ф. Фармер.

Главный герой умирает и просыпается на берегу реки вместе с другими воскресшими людьми. Восстали все: от неандертальцев, до тех, кто умрёт в далеком будущем. Исторические личности, простые люди, убийцы, герои — все оказываются в одном месте, голые и беспомощные. Им предстоит выстроить свою новую жизнь после смерти.

Завлек сюжет, он интересен, любопытно было следить за развитием событий. Автор создал яркую атмосферу происходящего, в это верится, словно всё так и должно быть. Но, я не сошлась с главным героем, он вызвал раздражение. Так, что погружения в книгу не состоялось. Это первая книга из серии «Мир Реки», дальше я читать не стала.

«Танатонавты» Бернард Вебер.

Что происходит с людьми после смерти? Молодые учёные Рауль и Мишель, друзья с детских лет, решили дать ответ, став родоначальниками движения танатонавтов!

И вот, Континент Мёртвых открыт, но это не повод останавливать научные изыскания, ведь еще нужно найти основателей загробного мира, Ангелов и Богов…

Очень скучное начало, до главы «Люсиндер» просто сон, можно даже не читать. Раздражают отступления в мифологию и полицейские отчеты. Герои неинтересные и плоские. Вроде бы должна написать, что книга ужасна, но нет.

Она мне понравилась. Захватывающий, местами саркастичный сюжет. В нем неважно кто и как, смысл в другом. Любопытно наблюдать за развитием событий и самим миром смерти. Оставляет много мыслей и философское настроение.

Майкл Ньютон: «Путешествия души», «Предназначение души», «Воспоминания о Жизни после жизни».

Вообще-то это уже эзотерика. Но, по мне, эзотерика и фантастика отличаются углом восприятия. А, раз верить во всё не обязательно, то можно и почитать. Автор гипнотерапевт, в книгах он описывает свои сеансы. Пациенты погружаются в гипноз и рассказывают о своих прошлых жизнях, смертях, о душе и что с ней происходит после смерти.

Мне было интересно, три книги проглотила махом. За смертью у души следует очень бурная жизнь. Такая танатонавтика Вебера, но с претензией на достоверность. На самом деле, я бы даже хотела, чтоб так всё и было.

Умер, встретился с родственными душами, проанализировали жизнь, поговорили и решили: а давайте ка теперь отыграем другие роли, пошли рождаться заново. Я так, очень упрощенно описала, у автора всё намного сложнее и глубже.

Некий смысл в книгах есть.

«Облачный атлас» Дэвид Митчелл


Про смерть почитала, про душу почитала, захотелось чего-то эдакого.

Реинкарнция души в шести жизнях. Шесть историй людей из разного времени: нотариуса 19 века, музыканта из 1931 года, журналистки из 70ых, престарелого издателя современности, клона фабрикантки из будущего и Закри — человека постапокалиптического мира. Книга имеет структуру спирали: от нотариуса до Закри истории закручиваются и обрываются на середине, потом в обратном порядке распутываются.

Конечно, ожидался какой-то эффект бабочки, когда поступки одной жизни как-то влияют на другую. Может я что-то не осмыслила, но от реинкарнации в книге немного, только мелкие детали. Все шесть историй скорее объединяет идея охоты сильного на слабого.

Книга интересная, но главы Закри читать сложно из-за попытки передать специфику речи. Можно внутренний язык сломать, если пытаться всё это про себя произносить. Образы яркие, где автор задумывал — улыбаешься, грустишь и переживаешь. Героям сочувствуешь.

Фильм более скучный и менее понятный.

На этом у меня всё. Может кто-нибудь ещё посоветует книги на эту тематику?

Источник: https://www.BabyBlog.ru/community/post/books/3068613

10 топ художественных книг о душе

Вам интересны тайны души человеческой? Но вы не хотите сложных научных объяснений или догматических религиозных трактовок?

Рекомендуем вам 10 удивительных историй о жизни души. Писатели открывают любые тайны, доверяясь своей интуиции. И чуткий инструмент творческой интуиции дарит читателям хорошие книги о душе, приглашая погрузиться в волшебный мир и разгадать её загадки.

В прошлой статье предлагалась подборка из 10 увлекательных книг о реинкарнации. Это была серьезная научная и религиозная литература, тексты-ченнелинги.

Художественные и публицистические произведения порой не менее интересны для чтения. Предлагаемые книги объединяет тема души: поиск души, путь к душе, диалог с душой, послания души.

Художественные книги о реинкарнации

1 Эльза Баркер: «Письма живого усопшего или послания с того света»

Удивительно, но этой книге уже 100 лет. В ней представлены эксперименты по механическому письму, проведенные Эльзой Баркер в 1914-1918 годах.

Поставив карандаш на бумагу и выразив намерение пообщаться со своим умершим знакомым, автор фиксировала всё, что приходит из тонкого мира. Потом лишь слегка подвергала записки литературной редактуре.

Тема потусторонней жизни была для Эльзы совершенно новой. Она ничего не читала об этом раньше, и поэтому в «письмах» нет каких-то шаблонов и стереотипов.

Кроме того, Эльза сама «проверяла» потустороннего адресата, задавая вопросы о фактах ей не известных, но которые могла бы позже проверить. Источник всегда оказывался прав!

2 Радханатха Свами: «Путешествие домой»

Главному герою 19 лет. Он американец еврейского происхождения. У него дружная семья и приятели-хиппи. Его ценности начинали формироваться в духе 70-х: «секс – наркотики – рок-н-рол».

Собрав деньги на перелет в Лондон, он с друзьями отправляется на рок-фестиваль. А там вдруг ощущает, что душа зовет двигаться дальше, на юго-восток. Туда, где суровый индус-пограничник, растроганный его словами:

«Ради духовных сокровищ Индии я оставил все те блага, которые сулит американский образ жизни. Я, рискуя жизнью, добирался сюда автостопом из Лондона. Я очень хочу найти дорогу к Богу. Прошу Вас, будьте снисходительны ко мне!

Я обещаю, что когда-нибудь принесу индийцам пользу. Поверьте, сэр, я еще пригожусь вашей стране. Пожалуйста, дайте мне шанс», — поставит заветную печать в паспорт. Так начнется путешествие домой, путешествие к своей душе.

3 Иван Тургенев: «После смерти»

Признаюсь, для меня было неожиданностью найти у автора хрестоматийных «Муму» и «Отцы и дети» произведение в жанре хоррор! Повесть небольшая, но захватывает с первых строк.

Неуклюже ответив на письмо юной девушки, Яков Аратов начинает лихорадочно размышлять, чем был вызван её порыв. Но на следующий день из газеты узнает о её самоубийстве.

Молодого человека начинают мучить странные сны, видения. В одну из ночей он вдруг явно почувствовал чьё-то присутствие в своей комнате…

Не буду лишать вас удовольствия узнать самим, что было дальше.

4 Дидье ван Ковелер: «Запредельная жизнь»

Роман начинается с оглушающей фразы «Я умер в семь часов утра».

Душа героя пытается анализировать, как это произошло, в какой момент? Почему он ничего не почувствовал? А дальше начинается привыкание к новой роли, новым ощущениям.

Сожаление об упущенных моментах. Похороны. Душа может видеть мысли своих родных, пролистывать чужими глазами своё прошлое.

Послесмертная жизнь возле семьи, но по другую сторону бытия. Каково это, когда твоё присутствие ощущает только старый верный пес?

5 Митч Элбом «Книга смерти. Пятеро, что ждут тебя на небесах»

У главного героя восемьдесят третий день рождения, и этот день последний в его жизни. Обратный отсчет запущен. Пятьдесят минут до смерти, сорок минут, четырнадцать…

Несколько секунд, чтобы совершить подвиг и спасти чужие жизни ценою своей.

И… всё начинается сначала. Боль пропала, тревога стерлась. У Эдди снова день рождения. Ему сегодня пять лет! И нужно всё прожить заново, чтобы оценить каждый поступок, каждое слово глазами души.

6 Питер Джеймс «За сумеречным порогом»

В романе разворачиваются две сюжетные линии. Одна родом из 1960 года, где маленького мальчика, едущего по дороге на велосипеде, сбивает «Форд».

И он, оказавшись на пороге жизни и смерти, встречает душу своей умершей мамы. Вторая переносит читателя на тридцать лет вперед, в 1990 год.

Здесь церковный служитель, проходя мимо свежей могилы, где только что была похоронена 23-летняя хорошенькая жизнерадостная женщина, услышал странный звук из-под земли.

Как околосмертный опыт повлиял на жизнь мальчика? Что раскроет эксгумация тела девушки? В какой момент эти две истории переплетутся? Ответы в романе Питера Джеймса.

7 Ричард Матесон «Куда приводят мечты»

Странная женщина приходит к главному герою с рукописью и утверждает, что этот текст передает ему брат. Злость охватывает героя: ведь его брат умер год назад!

Но незваная гостья настаивает. Она медиум, и записи – послание из другого мира. Так сказано в предисловии. А дальше рассказ с конца.

Авария, боль, мечущаяся душа, которая пытается примириться с произошедшим, обнять близких, найти себе место в новом мире. Рукопись – тоже попытка успокоить родных, объяснить тот новый мир, в который уходит душа.

8 Питер Бигл «Тихий уголок»

В качестве эпиграфа к своему роману Питер Бигл выбрал строчки из стихотворения Эндрю Марвелла: «Могила — тихий уголок, Там нет любви и нет тревог».

Именно в могиле внезапно обнаруживает себя герой произведения — Майкл Морган. Он бился о крышку гроба и выл, но его никто не слышал. Утомившись, Майкл смирился со своей смертью и решил придумывать способы, как провести время.

Легкая, ироничная, но местами довольно глубокая книга о приключениях души, которая только после смерти обнаружила своё существование.

9 Элис Сиболд «Милые Кости»

Книга-бестселлер, экранизированная в 2009 году. Рассказ идет от лица 14-летней девочки, убитой маньяком. Жизнь ДО и мир ПОСЛЕ.

Смешные попытки навредить младшей сестренке, гордость за свои успехи в школе, чудовищный сосед – это всё ДО.

А ПОСЛЕ будет поразительный небесный край, откуда видно, как из тел вырываются души, можно устраивать танцы, причем вместе с собаками, и вообще заниматься тем, что любишь.

10 Анна Гфф «Хочу проснуться, когда все закончится»

Эта книга еще ждет своего издателя и прочитать её можно только на портале Проза.ру. Но роман, безусловно, заслуживает внимания за свой яркий образный язык и за интригующий сюжет.

Герой решается на операцию по стиранию фрагментов памяти. Небольшое вмешательство удаляет из сознания болезненные события, людей, доставлявших страдания.

Но радость почему-то не спешит заполнять сердце, а жизнь, вопреки ожиданиям, не становится легче. Зато появляется новая неожиданная знакомая – Душа!

Чтение художественных книг погружает в мир образов и чувств, пробуждая память. Книги пробуждают то, что вы давно знали. Приятного чтения книг о душе и для души, друзья!

P.S. А какие художественные произведения о душе любите вы? Поделитесь, пожалуйста, книгами, которые отзываются в вашей душе

Сертифицированный консультант института Реинкарнационики. Помогаю людям найти себя через творчество.

Источник: https://journal.reincarnationics.com/horoshie-knigi-o-dushe/

Папмамбук

На сцену выкатывается гроб

Время от времени мне приходится участвовать в обсуждениях на тему «Культура гибнет» или «До чего мы докатились! Что стали сочинять для детей!». Недавно на одном из семинаров для московских библиотекарей я услышала такую историю. «Моя невестка, – гневно повествовала участница семинара, – повела ребенка в театр.

В проверенный, казалось бы, – музыкальный театр Натальи Сац. Так там Чиполлино прямо на глазах у детей живьем посадили в костер – жариться. И он потом ковылял на своих обожженных культяпках! Думаете, на этом ужасы закончились? Во втором отделении на сцену выкатили настоящий гроб.

Гроб – в детском спектакле! Это как можно назвать?!»

Читайте также:  Книги про меченого

Слушательница рассчитывала, что я поддержу ее возмущение. Но я решила уточнить некоторые детали. Ведь если по сюжету кого-то из персонажей засовывали в очаг, то вряд ли это был Чиполлино. Скорее всего – Буратино. А если, вдобавок к «приключению с огнем», на сцене появился гроб, то это даже и не Буратино, а Пиноккио.

И что тут поделаешь, если этот самый Пиноккио в сказке добрую часть сюжетного времени проводит на кладбище, у могилы Феи с голубыми волосами. Плачет там, раскаивается, очищается душой.

И волосы у этой Феи совсем не случайно голубые: это знак ее изначальной причастности к «иному миру», откуда Пиноккио получает разные «сигналы».

Придумали Пиноккио и всю эту историю не сегодня, а в середине XIX века.

И русская публика впервые познакомилась с ним в 1906 году, причем на страницах самого что ни на есть детского и морально-нравственного журнала «Задушевное слово».

То есть к современным симптомам гибели культуры историю про деревянного мальчика никак нельзя отнести. И если ее сегодня решили инсценировать, то со стороны режиссера это вполне похвальное обращение к нетленной мировой классике.

Да и чем эпизод с появлением гроба на сцене театра Н. Сац отличается от классической постановки «Синей птицы» Метерлинка, где дети вообще бродят среди давно умерших родственников? И спокойно вспоминают, кто когда умер. Причем речь идет не только о бабушке и дедушке, но и о покойных младенцах.

Так может, проблема не в самом спектакле, а в ожиданиях зрителя? И не ребенка, а взрослого? Взрослый по каким-то причинам ждал чего-то другого, хотел чего-то другого, настраивался на другое. Но ведь ему вряд ли не сообщили название спектакля.

Однако взрослый не стал «вдаваться в подробности» и выяснять, на основе какого произведения поставлен спектакль.

И если он ожидал увидеть триумфальное шествие луковой революции (перепутал кого-то с чем-то), а ему показали довольно мучительный и даже мрачноватый путь обретения «человеческой формы», то это ведь проблема конкретного взрослого (конкретных взрослых), а не современной культуры в целом.

Тема смерти в русской и советской литературе, или Сбой в программе

Надо сказать, что гроб, возле которого предавался раскаянию Пиноккио, был далеко не первым литературным гробом, оказавшимся в круге детского русскоязычного чтения. (Как уже говорилось, сказка Карло Коллоди, переведенная на русский язык, увидела свет в 1906 году).

Первым все-таки был «гроб хрустальный в горе печальной», в котором устроил молодую царевну, отравившуюся яблоком, Александр Сергеевич Пушкин.

Осмелится ли кто-нибудь бросить камень в этот гроб? Даже учитывая то обстоятельство, что королевич Елисей, по сути, целует труп? Ну, ладно, помягче: мертвую красавицу. Он же не знает, что царевна жива.

Вообще XIX век совсем иначе относился к смерти – в том числе и в произведениях, адресованных детям, – чем советская литература ХХ века.

Великие писатели-классики (в первую очередь Лев Толстой) самым внимательным образом исследовали психологию предсмертного состояния отдельного человека, психологическую сторону умирания и отношения к чужой смерти.

Причем не только в таких произведениях, как «Смерть Ивана Ильича» или «Три смерти», но и, к примеру, в «азбучной» истории «Лев и собачка», которая с гениальной прямотой сообщает ребенку: «Любовь и смерть всегда вдвоем».

Вообще соприкосновение со смертью в классических произведениях XIX века из круга детского чтения оказывается формирующим, «душеобразующим» переживанием. Разве не это главная тема «Гуттаперчивого мальчика»? Или «Детей подземелья»?

Но в той великой литературе тема соприкосновения со смертью и размышления о смерти органично вырастали из христианского мировоззрения.

Эта тема не противоречила теме жизни и даже радостной жизни – она ее дополняла и делала более глубокой.

Неслучайно «Дети подземелья» заканчиваются описанием «досуга на кладбище»: рассказчик повествует, как они с сестрой ходят на могилу девочки из «подземелья» и предаются там светлым мечтаниям и размышлениям.

Советская детская литература к теме смерти относилась совсем иначе. Она признавала лишь разговор о героической смерти, о смерти «во имя…» (во имя победы пролетарской революции или во имя советского государства).

Героическая смерть оказывалась чем-то вроде награды, к которому, парадоксальным образом, следовало даже стремиться – ибо ничего «прекраснее» представить нельзя. Все остальные «виды» смерти (смерть в мирное время и по старости) принадлежали частной человеческой жизни и поэтому считались не достойными разговора.

Страх смерти (и любой другой страх) считался низким чувством. Его нельзя было обнаруживать, его нельзя было обсуждать. Его следовало скрывать и подавлять: «Я уколов не боюсь, если надо – уколюсь!» (Наверное, сегодня это звучит более чем двусмысленно, но это ведь цитата.

Даже сосчитать не могу, сколько раз слышала эту задорную «юмористическую» песенку в детских передачах по радио.) Над тем, кто боится, следовало смеяться.

Сейчас мы, по-видимому, переживаем «сбой всех программ». С одной стороны, настаиваем на «воцерквлении» детей, с другой – возмущаемся по поводу книжек, которые связаны с темой смерти.

И делаем это не по каким-то сложным основаниям, а только потому, что в нашем сознании ребенок и смерть несовместимы.

При этом мы странным образом забываем, что главный церковный символ – распятие, изображающее страдальца в момент смерти.

Книга про это

Наверное каждый, кто воспитывает детей, сталкивался с детским вопросом: «А я умру?», с реакцией ребенка на смерть домашнего питомца или каких-то других животных. Мы сталкиваемся с детской растерянностью, приливом страха, непониманием происходящего – и почти никогда не можем найти нужных слов и убедительного объяснения.

Эта ситуация очень точно описана в книге Фрида Амели «А дедушка в костюме?».

У пятилетнего Бруно умирает дедушка, которого мальчик очень любил. Бруно оказывается свидетелем и участником похорон. В силу возраста он еще не может включиться в коллективную скорбь, к тому же все взрослые ведут себя по-разному и не очень «последовательно», с точки зрения ребенка. Смысл обрядовой стороны от него ускользает.

Бруно отмечает «странности» в поведении взрослых. Он задает им вопрос: «Куда делся дедушка?» Ответ «умер» ничего не объясняет. А что такое «умер», каждый взрослый объясняет по-своему. Главное, от чего разрывается детское сознание, это от сообщения, что «дедушки больше нет».

Маленький мальчик может согласиться лишь с тем, что дедушки нет «тут». Но как он может быть и «в земле», и «на небе» одновременно? Это все настолько не совпадает с привычным мироустройством, что вызывает потрясение.

И вся книжка посвящена тому, как ребенок пытается встроить это переживание в свою жизнь, как он с ним сживается и как выстраивает новые отношения с дедушкой – с его образом.

По сути, «А дедушка в костюме» – психологически точный дневник горевания. Горевание – это ведь тоже психологическое состояние, и, как любое состояние, оно изучается и описывается в науке. В первую очередь для того, чтобы можно было помогать людям, переживающим горе. И, как бы странно это ни звучало, у горевания есть свои закономерности.

Человек, переживающий горе, проходит разные стадии: неверие в происходящее, попытку его отрицать; острый процесс неприятия, даже с обвинениями умершего («Как ты смел меня оставить?!»), смирение перед случившимся; выработка нового отношения к жизни (приходится отказываться от каких-то привычек, приучаться делать самостоятельно то, что раньше делал вместе с умершим); формирование нового образа ушедшего человека, – и т.д.

В пособиях для практических психологов все это описано, включая возможные действия психологов по отношению к переживающему горе человеку на каждом этапе горевания.

Но в детской художественной литературе подобного опыта не существовало. И книга Амели Фрид – своего рода открытие.

И естественно, эта книга у нас осталась за пределами внимания не только родителей, но и библиотекарей. Точнее, они ее отвергли: «Как смерть может быть единственным содержанием детской книжки?» Что приятного может быть в чтении такого произведения?

Так ведь чтение не всегда должно быть приятным. Чтение – это своего рода эксперимент над собой: сможешь ли ты «общаться» с данным автором? Сможешь ли «поддержать» затеянный им разговор? Поддержать своим вниманием.

Но нет. Гроб на «сцене» противоречит нашему образу счастливого безмятежного детства. Хотя этот образ очень мало соотносится с реальностью и существует исключительно у нас в голове. И тут ничего не поделаешь. Если взрослый сам не дозрел до разговора на эту сложную тему, нельзя принудить его к чтению. Его внутренний протест уничтожит всякий возможный эффект от общения с книгой.

Вопросы и ответы

Между тем, если вопросы и возникают, то касаются они не правомерности темы, а «места и времени»: когда, в каком возрасте и в каких обстоятельствах лучше читать эту книгу ребенку. Почему-то сразу кажется, что читать ее нужно именно вместе с ребенком, читать ему вслух: чтение ребенку вслух – это всегда разделенное переживание. А разделенное – значит переносимое.

Неправильно думать, что подобные книжки читаются «по случаю». Вот когда кто-нибудь у ребенка умрет, тогда и почитаем про смерть.

Все как раз наоборот. Книги, затрагивающие тему смерти, не являются «болеутоляющими». Это все равно что начинать закаливающие процедуры в момент тяжелой болезни. Закаляться надо в здоровом состоянии.

А когда ребенок болен, требуется принципиально другое: покой, тепло, отсутствие напряжения, возможность отвлечься.

Как рассказывала японская журналистка Кимико Матсуи, дети, пережившие трагедию, связанную с аварией на атомной электростанции Фукусима, если и читали что-то через некоторое время, то фэнтези – такие книги «уводили» от ужасных реалий и настоящих потерь.

Другое дело, если у ребенка возникает вопрос «А я умру?». Но тут тоже не все так просто.

Я думаю, многие из собственного детского опыта помнят, как впервые настигает этот вопрос, как он пронзает всего тебя: это, в некотором смысле, переворот мироощущения.

Когда я (мне кажется, лет в шесть) пришла с этим вопросом к своему отцу, он – как и следовало взрослому его поколения – разразился хохотом. Упал в кресло, накрылся газетой и долго-долго смеялся. А потом, так с собой до конца и не справившись, выдавил: «Да!»

– И что же будет? – я всеми силами старалась представить, как это может быть.

– Что будет?

– Что будет вместо меня? (Ну, и действительно: материя никуда не исчезает и не образуется вновь, а лишь переходит из одного состояния в другое.)

– Что будет? Цветочек вырастет.

Вы не представляете, как я успокоилась. Больше того, я испытала чувство, похожее на счастье. Цветочек, в который мне суждено превратиться, устроил меня совершенно.

Он самым органичным образом встраивался в картинки мира, в котором из костей зарезанных коровушек произрастали волшебные яблоньки, разрезанного на куски Ивана-царевича можно было склеить живой водой, лягушка оказывалась царевной, – мира, где границы между человеком и остальным живым миром были весьма условными, а предметы и животные обладали способностью превращаться друг в друга. Я осмелюсь утверждать, что любой ребенок, даже если он растет в семье, исповедующей монотеистическую религию, проходит «языческую» стадию тождества с миром – как зародыш проходит стадию существа с жабрами. Об этом, в первую очередь, свидетельствует его отношение к игрушкам и его способность играть.

И на этой стадии, в этом возрасте он не нуждается в последовательно изложенной естественнонаучной теории умирания. Или, иначе, вопросы о смерти, которые задают дети четырех-шести лет, еще не требуют «полного» взрослого ответа. Мне так кажется.

Речь идет не о том, чтобы врать ребенку. Не нужно убеждать его в том, что кошка, которую задавила машина, где-нибудь «там» оживет. Но представление о том, что «материя никуда не исчезает и не появляется вновь, а только переходит из одного состояния в другое», по отношению к маленькому ребенку оказывается душеспасительным.

Это я к тому, что читать книгу Амели Фред пятилетнему и даже шестилетнему малышу я бы не стала. Ценность этой книги – именно в ее психологизме.

Поэтому возможность ее адекватного прочтения, подразумевающего понимание, связана не только с вопросом «А я умру?» (который чаще всего возникает у пятилетних детей, но может возникнуть и раньше; развитие – штука сугубо индивидуальная), а еще и с опытом рефлексии. Хотя бы минимальной. С опытом фиксирования своих чувств и мыслей.

А это предполагает уже некоторый уровень развитого критического мышления, умения «взглянуть на себя со стороны». Кроме того, здесь очень важнó умение ребенка переводить эмоциональный интерес в познавательную плоскость. Его что-то волнует, тревожит – и он начинает этим «интересоваться». (Некоторые страхи и проблемы, к примеру, побуждают детей интересоваться вымершими чудовищами.

Но это не означает, что все они, когда вырастут, станут палеонтологами.)

Способность к рефлексии, умение «опознать» свои чувства и мысли начинает формироваться к началу школьного обучения (собственно, это важнейшие показатели школьной готовности).

Поэтому, видимо, знакомить детей с книгой про мальчика Бруно и его переживания можно после семи-восьми лет. Но эта книжка не утратит своей актуальности и для детей младшего подросткового возраста. Интересно ведь поговорить с ними и про горевание, и про личный опыт.

Тем более что в период раннего пубертата у детей случаются рецидивы, связанные с вопросом «А я умру?».

Окончание следует.

Марина Аромштам

Еще о теме смерти в детских книгах и о книге «А дедушка в костюме» можно прочитать в статье «Если у зрителей и возникают проблемы с восприятием темы смерти, то это проблемы взрослых, а не детей…»

Источник: http://www.papmambook.ru/articles/970/

Ссылка на основную публикацию