Книги про ивана грозного

Какие книги читал Иван Грозный?

Иоанн Васильевич Грозный был одним из самых умных и образованных людей своего времени. Свидетельства современников («муж чюдного рассуждения, в науке книжного поучения доволен и многоречив зело») и составленные царем послания выдают в нем очень эрудированного человека, хорошо знакомого с мировой историей и литературой.

Грозный – знаток духовной литературы

Иоанн Грозный обладал огромной (по меркам того времени) библиотекой, состоящей из сотен томов. В ее состав, по-видимому, входили и книги, завезенные в Россию из Византии его бабкой Софьей Палеолог, и, возможно даже рукописи из собрания не менее легендарной библиотеки Ярослава Мудрого.

Библиотека регулярно пополнялась редкими книгами, скупаемыми эмиссарами царя. Подлинность списка библиотеки, опубликованного в начале XIX века и включающего редчайшие и даже утерянные ныне книги древнего мира, вызывает большие сомнения.

Но даже перечень книг, которые Иоанн Васильевич доподлинно читал (а некоторые из них знал почти наизусть) впечатляет.

Прежде всего, Иоанн Грозный был прекрасно знаком с духовной литературой. Евангелия он знал почти дословно. Часто читал жития святых и великомучеников (в том числе и вслух для монастырской братии при посещении различных обителей).

Правда, по некоторым сведениям, описания пыток, перенесённых мучениками, вдохновляли грозного царя на применение их против своих врагов. Любимым же его духовным писателем был святитель Иоанн Златоуст.

Царь и сам был автором сочинений на религиозные темы.

Увлечение историей и Гомером

Иоанн Грозный очень интересовался историей. По его приказу была составлена первая русская историческая книга Лицевой летописный свод. Сам царь собирал сведения о правителях прошлого.

Доподлинно известно, что он заказывал себе переводы «Истории Рима» Тита Ливия и «Жизни двенадцати цезарей» другого римского автора, Гая Светония Транквилла. По некоторым сведениям, были в его библиотеке и книги из «Анналов» Тацита, в том числе ныне утраченные.

Знаком был царь и с римским, и с византийским правом, в частности, знаменитым Кодексом Юстиниана.

Некоторые исследователи полагают, что Иоанн Васильевич хорошо разбирался и в более современной политической мысли, в частности, вполне возможно, что он читал «Государя» Николо Макиавелли.

Любимой художественной книгой царя была гомеровская «Илиада». Он не только хорошо знал эту поэму, но даже цитировал её в своей переписке с перебежчиком Андреем Курбским: «Ты подобно Антеру и Энеи, предателям троянским, много соткав, лжеши». Так что грозного царя смело можно называть одним из первых русских библиофилов и книгочеев.

Источник: https://cyrillitsa.ru/past/33516-kakie-knigi-chital-ivan-groznyy.html

Читать

Дорогому Василию Гавриловичу Грабину и всем советским пушечного и оружейного дела мастерам посвящаю

Автор

I

В небе повис огненный столб над самым боярским усадьбищем.

Юродивые плясали и плакали.

Калики перехожие предрекали войну.

Монахи – конец света.

Хмурые старцы из деревенских – голод.

Поползли «ахи» и «охи». Но умирать не хотелось. Большое любопытство появилось к жизни.

И как на грех, в вотчину боярина Колычева прискакал из Разрядного приказа человек, молодой, дородный, с быстрым взглядом, слегка насмешливым. Назвал себя посланцем царя, дворянином Василием Грязным. Явился к владельцу вотчины, боярину Никите Борисычу, и стал расспрашивать о «верстании»: «сколь и кого поимянно выставит боярин своих людей в войско, коли к тому нужда явится».

Всколыхнулись деревни и починки [1]колычевской вотчины. Старики расхрабрились, – куда тут! Стали разглагольствовать про старинные битвы. У молодежи глаза разгорелись: потянуло на волю, на поля бранные.

А тут еще подлил масла в огонь грязновский ямщик. Намекнул и на татар, и на Ливонию, и на Свейское государство [2]. Ямщик бывалый, московский. Под хмельком дядя был, на слова чуден, а глазами плутоват; что наврал, что правда – разобрать трудно.

Как бы то ни было: ветром море колышет, молвою – народ: заскакало по избам колючее словечко: война!

Боярин темнее тучи стал. Ходит, ко всем придирается, на глаза лучше не показывайся.

Всего лишь год, как царь отпустил его на отдых после брака с молоденькой княжной Масальской. Чего бы лучше – на старости лет пожить чинно, уютно, на усадьбе, в супружеском уединении… И вот нате! Опять война! Опять в кольчугу, в латы да шлем! Приказ, ведавший военными делами, заработал. В Москве не спят!

Крепко призадумался боярин: как быть? Какой-то дворянин-зазнайка всюду нос сует, царской грамотой щеголяет. Черт его принес сюда!

Давно ли разошлись с казанского и выборгского походов? Люди и кони еще путем отдохнуть не успели, и вдруг…

– Э-эх, Никита, Никита! Сыновей у тебя нет. Убьют на войне – поместье отпишут «на государя», малую часть оставят супруге твоей, Агриппинушке, а так как она неплодна, вслед за ее кончиною и та малая часть уйдет «на государя» (все себе заграбастывает!).

Вот что будет, коли пойдешь на войну; а не пойдешь, откажешься…

Опять засверлили мозг боярина слова царя Ивана Васильевича: «Жаловати мы своих холопей вольны, а и казнить их вольны ж есмя».

Князей и бояр царь ни во что ставит! Подумать только! А вот такие, неведомого рода молодцы, по уездам с царскими грамотами шнырят, бояр учат!

Целый месяц гостил Грязной в вотчине, считал людей, болтал с ними, будто равный; на половину боярыни Агриппины повадился ходить, рассказывал ей про Москву, – нет в вотчине человека, с которым бы он не точил лясы, а потом уехал как-то сразу, тайком, без низких, по чину, поклонов и приветствий.

Вздумал Никита Борисыч наведаться к знахарке-вещунье, попросить ее, чтоб наколдовала «нетяжкую болезнь», на войну бы не идти. А старуха проклятая отказалась да еще крикнула: «Вижу, что умереть тебе на плахе по цареву указу!»

Можно ли снести столь великое поношение? В омуте утопил старую ведьму. Сразу полегчало. Улеглось на сердце.

И вдруг новое беспокойство. Пришел на боярское крыльцо некий бобыль Андрейка и давай вопить на всю усадьбу: «Пошто утопил старуху? Царь покарает тебя! Один у нас ныне суд – царский. Сгубить нас токмо царь может, а никто!»

Орет, словно ума лишился, глаза вытаращил.

Любуйся, царь государь, Иван Васильевич! Боярин не волен над своими же людьми! Кого ты охрабрил? Холопов и злостных бродяг! Посмел ли бы раньше этот навозный жук слово поперек молвить? Не иначе, как проклятый Васька Грязной наболтал народу про «судебник».

Никита Борисыч, как бы невзначай, старался выспросить у людей, о чем беседовал с ними Василий Грязной. Пытал, с Божбою и целованием креста, боярыню Агриппину.

Оказалось, Грязной спрашивал у старост: сколько земли в вотчине, что пахоты и что леса; вся ли пахотная земля обрабатывается; продает ли боярин хлеб на сторону, иль только засевает для себя да для своих крестьян? О конях расспрашивал, о сене, об овсе, о скотине…

Агриппина божилась, клялась, что московский молодец говорил с ней только о царе, о царице и о святынях. Колычев сопел, глядя исподлобья подозрительно на жену. Она краснела, смущалась.

– Сам, батюшка-боярин, допустил ты того человека в терем, супротив моей воли. Не посмела я, раба твоя, перечить тебе…

– И ты, государыня, мысль иметь свою вольна, чтобы гостя уветливым словом на доброе изволение наводить… от лукавства его отторгать, христианской добродетели чувства ему внушать… Внушала ли?

– Внушала, государь, князь мой, внушала…

Агриппина задумалась:

– Жаловался он мне, – обижают его бояре, по малости его рода, и кабы не царь, давно бы ему быть на плахе. Царь защитил его… И многих его товарищей царь-батюшка приголубил… служилых людей, незнатных, беспоместных.

Сердито насупился боярин Никита.

II

Здесь – медведь; там – человек. Солнечный свет проникает сквозь щели в овин. Горят маленькие черные глазки, в них неподвижное упорство. Человек пытается избежать их. Он смотрит на мотылька: как весело резвится в золотистой полосе солнце, играет с мухами, сталкивается с ними, ловко увертывается и ускользает из глаз. О, эти маленькие глазки зверя!

Пахнет сосновым лесом; за стенами бушуют птичьи стаи. Тепло. Клочок синего неба проглядывает в широкую расселину над головою. Ночью буря сорвала солому.

Зверь лязгает железом, издает жалобное урчанье. Звук глухой, придушенный, ползущий из глубины, из нутра. Пасть сомкнута; шумно дышат розовые влажные ноздри; туловище покачивается из стороны в сторону.

– Лакать, чай, захотел? – тихо спрашивает прикованный к стене человек. Он молод, загорелый, широкоплечий, в белой заплатанной рубахе. Поднялся с соломенной подстилки, сутулясь, отступает к стене.

– О крови тоскуешь? Скушно? Как мне тебя понять? Поймешь ли и ты меня?

Неподвижно смотрят они друг другу в глаза.

– Э-эх, поведал бы я тебе, как бобыль за жар-птицей охотился да и в капкан попал… Что наша доля с тобой? Хоть топись, хоть давись! И та не наша. Плохо, Тереха! Судьба дуреха…

Медведь, прислушиваясь к голосу человека, издает звук, похожий на стон.

– Не скули! Не подобает! – оживился парень, глядя в глаза зверю. – Бог терпел и нам велел… Какой ты веры, не ведаю, но и ты – Божья тварь. Да и такой же, как и я, бобыль – непашенный, безземельный…

Медведь положил морду на землю, выпустил когти… сверкнули влажные белки.

– Так-то, милый! – вздохнул молодец, напрягая могучие мускулы. – Пошто нас мать родила, не видавши дня прекрасного? На посмех людям пустила по миру.

Медведь медленно поднялся, стал на задние лапы, замер.

– Ага, слушаешь! Так вот… Живем мы с тобой, яко святые… Во узах, во тисках, в подвижничестве… Владыка наш, боярин Колычев, сатане в дядьки записался.

Медведь заревел, грузно подался вперед. Тяжелым, едким духом пахнуло от него.

– Ты, идол! – попятился парень. – Сожрать меня восхотел? Э-эх, кабы на воле, сошлись бы мы… Загрызешь – тому так и быть; побит будешь – шкуру с тебя сдеру.

Часто моргая глазками и раздувая ноздри, медведь рвался вперед. Цепь натянулась, вот-вот лопнет. Зверь принялся быстро ходить справа налево и обратно, косясь одним глазом на парня.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=189158&p=1

Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Публичная библиотека» Новоуральского городского округа

Одной из самых таинственных и противоречивых фигур русской истории называют личность Ивана Грозного, первого русского царя. Талантливый государственный деятель, мудрый реформатор, он был и кровавым тираном, ввергшим свой народ в хаос чудовищных репрессий. Иван IV был не единственным «грозным» царём в русской истории.

«Грозным» называли и его деда, Ивана III, который, кроме того, имел прозвища «Правосуд» и «Великий». В итоге, за Иваном III закрепилось прозвище «Великий», а «Грозным» стал его внук. В источниках XVI века прозвище «Грозный» не встречалось. Скорее всего, царь Иван получил его, когда стал героем исторических песен. Это прозвание дал царю народ.

И не при жизни Ивана IV, а уже после его смерти, скорее всего, во время Смуты, когда Россия переживала сложную ситуацию: польско-шведская интервенция, высокая смертность, низкие урожаи. Всё было плохо. И тогда царя, которого уже не было, стали называть «Грозным». Народ вкладывал в это прозвище уважительное значение «строгий, справедливый, великий».

Читайте также:  Книги про сталкера хемуля

Иван IV Васильевич — Великий князь Московский, царь всея Руси, сын Великого князя Василия III и княгини Елены Глинской, родился в 1530 году в Москве. Великим князем Руси его объявили в трёхлетнем возрасте, после скоропостижной смерти Василия III в 1533 году.

Из-за малолетства Ивана IV правительницей при нем назначили его мать Елену Глинскую, дочь выходца из Литвы князя Глинского. Но через 5 лет, в 1538 году, она тоже скончалась (есть версия, что ее отравили бояре), и на Руси началось боярское правление, которое продолжалось до 1547 года, до семнадцатилетия Ивана. Между боярами не было согласия.

Они объединялись в группировки, и каждая хотела подчинить своему влиянию маленького Ивана IV, пользовалась его именем, чтобы устранить своих врагов. Будущий царь рос и воспитывался во враждебной атмосфере доносов и злодейства. Известный русский историк Н. М.

 Карамзин писал о нем: «Рожденный с пылкой душой, редким умом и особенной силой воли, он имел бы все качества великого Монарха, если бы воспитание усовершенствовало в нем дары природы. Но рано лишенный отца, матери и преданный на волю буйных вельмож, ослепленных личным властолюбием, он был на престоле несчастнейшим сиротою Державы Российской…».

Боярское самоуправство, кровавые раздоры временщиков оказали влияние на формирование характера юного государя — он вырос подозрительным и жестоким. И всё-таки в историю России он вошел как первый и великий царь. В первые годы самостоятельного правления Ивана IV рядом с ним были люди, которые хотели сделать царскую власть более цивилизованной.

Среди них были: митрополит Макарий, священник Сильвестр, князь Курбский, князь Одоевский и другие молодые образованные люди. С помощью своих советников царь провел политические реформы на Руси: были составлены свод русских законов — Судебник, Уставные грамоты. Принятые законы должны были оградить народ от произвола правителей и судей.

Также были созданы единые органы управления — приказы. Деятельность наместников в разных городах отныне ставилась под контроль местных выборных представителей. Были проведены и церковные реформы. В 1549 году был созван Земский Собор с представителями от всех сословий, кроме крестьянства. В том же году была учреждена первая в Москве типография.

Наряду с внутренними преобразованиями Иван IV и его советники проводили реформы во внешней политике государства. В 1552 году царь покорил Казанское ханство, подчинил черемисов и чувашей, живших на Волге, расширил границы Руси на востоке до Вятки и Перми, а на юге до Камы. В 1556 году к Русскому государству было присоединено Астраханское ханство.

Однако этот спокойный для страны и русского народа период царствования завершился. Необузданный по характеру царь тяготился своими умными и преданными помощниками. Бывшие царские советники исчезали один за другим. Кого казнили, кого сослали, кто убежал, как это сделал князь Андрей Курбский, оставшись в Ливонии. На смену одним советникам пришли другие, которые не только не сдерживали жестокости царя, но и использовали ее в своих интересах. Он объявил себя самодержцем Всея Руси и впервые использовал террор для утверждения своей безграничной власти.

По указу 1565 года Иван Грозный выделил себе огромные земельные владения — Опричнину и организовал особое войско — опричников, которым от имени царя позволялось казнить изменников и предателей. Опричники придумали себе отличительный знак — изображение собачьей головы и метлы. Это означало, что они кусаются как собаки, оберегая царя, и выметают злодеев метлой.

Историки отмечают, что с этого времени поведение царя было непредсказуемым. Во внутренних делах его единственной заботой стало истребление свободолюбия и самостоятельности. Вместе с тем он продолжал расширять границы Руси на восток. После взятия Казани, присоединения Астрахани, Волга стала главным торговым путем.

Продолжалось продвижение на север и за Урал, благодаря походам Ермака Тимофеевича и его казаков. В 1583 году было присоединено Сибирское ханство, что положило начало обращения местного населения в православие. Налаживались торговые отношения с другими государствами: Кахетией, Бухарой. Однако на западных границах Ивана Грозного преследовали неудачи.

25-летняя война с Ливонией закончилась тем, что польский король Стефан Баторий заставил Ивана Грозного подписать перемирие, по которому Ливония отошла к Польше. Швеция в то время захватила Эстонию, надолго отрезав Россию от Балтийского моря.

Сложная и трагическая эпоха Ивана Грозного закончилась для русского государства, как великими достижениями, так и тяжёлыми последствиями его царствования. Историки пытаются дать объективную картину его правления и представить его не только как властного самодержца с диким, необузданным характером, но как незаурядную личность с трагической судьбой.

Именно поэтому о первом Московском царе написано так много романов, повестей, стихов, песен.

Предлагаем вашему вниманию аннотированный список литературы «Иван Грозный».

В первый раздел списка — «Первый царь Московский» — включены источники и общего и справочного характера, рассказывающие о жизни деятельности Ивана Грозного. Во втором разделе — «Не стоит царство без грозы» — представлены художественные произведения о жизни царя.

Внутри разделов библиографические записи на книги и статьи расположены в алфавитном порядке авторов и заглавий, с указанием шифра (для книг) и отдела хранения в библиотеке. Список предназначен для учащихся 5-9 классов и всех, кто интересуется русской историей.

Внутри разделов библиографические записи на источники расположены в алфавитном порядке авторов и заглавий, с указанием шифра (для книг) и отдела хранения в библиотеке.

Отделы библиотеки: абю — абонемент Детская библиотека; едф — единый фонд книгохранения; здч — зал делового чтения; зуф — зал универсальных фондов;

оио — отдел интеллектуального отдыха.

«Первый царь Московский»

«Да, может я и грешник.
Может как человек-то я и грешник.
Но как царь-то я праведен!»
Иван Грозный

Адамцевич О. В. Первая военная реформа в России / О. В. Адамцевич // Военно-исторический журнал. — 2005. — N 3. — С. 51-55.

Реформы Ивана Грозного в период с 1550 по 1572 год.
зуф

63.3(2)4
А 67 Анисимов Е. В. Иван IV Грозный / Е. В. Анисимов // Анисимов Е. В. Московское царство. Середина XVI-XVII век / Е. В. Анисимов. — Санкт-Петербург, 2000. — С. 2-7.

Обычаи и нравы царских особ в эпоху Ивана Грозного.
здч, зуф

63.3(2)4
В 67 Волков В. А. Войны и походы грозного царя : Московский государь Иван IV Васильевич / В. А. Волков // Волков В. А.Русская рать. Богатыри, витязи и воеводы / Волков В. А. — Москва, 2005. —С. 183-199.

Рассказ о военных походах Ивана Грозного.
здч, зуф

63.3(2)4
Д 13 Давыдова Н. В. Царь Иван и Покровский храм : читаем послания Иоанна Грозного и «Житие Василия Блаженного» / Давыдова Н. В. — Москва : МИРОС, 1994. — 195 с. : ил.

Исторические зарисовки о том, как молились в те времена.
здч, едф

63.3(2)
З-17 Зайцев Ю. В. Иван IV Васильевич Грозный / Ю. В. Зайцев // Зайцев Ю. В. История России : от глубокой древности до династии Романовых / Зайцев Ю. В. — Москва, 2002. — С. 103-109.

Детство и юность царя.
здч

63.3(2)4
З-62 Зимин А. А. Россия времени Ивана Грозного / Зимин А. А., Хорошкевич А. Л. — Москва : Наука, 1982. — 184 с.

Первые годы правления Ивана Грозного. здч 63.3(2)4

И 18 Иван Грозный : энциклопедия / ред. М. Л. Вольпе. — Москва : Зебра Е : АСТ, 2007. — 414 с.

Подробно изложена биография царя, а также историческая обстановка того времени.
здч

63.3(2)
П 99 Иван Грозный // 50 великих правителей России : иллюстрированная энциклопедия / ред. А. И. Пантилеева. — Москва, 2009. — С. 36-39.

Краткая биография.
здч

63.3(0)
Я 11 Иван Грозный // Я познаю мир : детская энциклопедия : монархи / сост. К. В. Рыжов. — Москва, 2004. — С. 98-107.<\p>

Биография царя. здч 63.3(2)

Р 89 Кемпфер Ф. Иван Грозный / Ф. Кемпфер // Русские цари 1547-1917 / ред. Х. И. Торке. — Ростов-на-Дону : Феникс ; Москва, 1997. — С. 31-64.

Краткая биография.
здч, едф

Крушинская М. Казна царевны — «бесприданницы» / Мария Крушинская, Андрей Крушинский // Родина. — 2003. — N 4. — С. 47-50 : ил.

О подземных тайниках Ивана Грозного, где хранилась библиотека.
здч, едф

Панова Т. Та самая царская невеста / Татьяна Панова // Наука и жизнь. — 2006. — N 3. — С. 52-55. — ил.

О третьей жене Ивана Грозного — Марфе Собакиной.
здч, зуф

Панова Т. Химик уточняет историю / Татьяна Панова // Наука и жизнь. — 1997. — N 4. — С. 82-86.

Была ли отравлена любимая жена Ивана Грозного — царица Анастасия? Выводы ученых нашего времени.
едф

63.3(2)4
П 27 Перевезенцев С. Иван Грозный / С. Перевезенцев ; худ. С. Онипенко. — Москва : Белый город, 2001. — 47 с. : ил.

Жизнь и деятельность царя.
здч

63.3(2)
П 37 Платонов С. Ф. Время царя Ивана IV Грозного / С. Ф.Платонов // Платонов С. Ф. История России для детей / Платонов С. Ф. — Москва, 1995. — С. 172-181.

Краткая биография.
здч, едф, зуф

Самборский В. Ятаганом и лопатой / Виктор Самборский // Родина. — 1998. — N 5/6. — С. 26-31.

О том, как в 1569 году войсками Ивана Грозного было выиграно крупнейшее сражение против турок в Крыму.
едф

63.3(2)4
С 45 Скрынников Р. Г. Великий государь Иоанн Васильевич Грозный : в 2 т. / Р. Г. Скрынников. — Смоленск : Русич, 1996. — 448 с.

Рассказ о правлении Ивана Грозного.
здч, зуф

63.3(2)
С 60 Соловьев В. М. Первый царь / В. М. Соловьев // Соловьев В. М. Наша Россия / Соловьев В. М. — Москва, 1997. — С. 77-85.

Детство и юность Ивана Грозного.
здч

63.3(2)4
С 60 Соловьев В. М. У кормила власти / В. М. Соловьев // Соловьев В. М. Тайны Московской Руси / В. М. Соловьев ; худ. В. Г. Алексеев. — Москва, 2007. — С. 144-155.

Первые годы правления царя.
здч

Солодкин Я. Г. Когда и почему стали называть Грозным первого московского царя? / Я. Г. Солодкин // Вопросы истории. — 2006. — N 5. — С. 172-173.

Автор статьи пытается найти ответ на вопрос: откуда появилось прозвище русского царя Ивана IV — Грозный.
зуф

63.3(2)4
Т 77 Труайя А. Иван Грозный / А. Труайя ; пер. с фр. Е. Сутоцкой. — Москва : Эксмо, 2003. — 288 с.

О жизни и деятельности царя.
едф

63.3(0)
У 36 Уилкинсон Ф. Иван Грозный — самодержец Российский / Ф.Уилкинсон, Ж. Динин // Ф. Уилкинсон. Государственные деятели, изменившие мир / Ф. Уилкинсон, Ж. Динин ; пер. А. М. Филитов ; худ. Р. Ингпен. — Москва, 1994. — С. 38-41.

Краткая биография.
здч, едф, зуф

63.3(2)4
Ф 73 Флоря Б. Н. Иван Грозный / Флоря Б. Н. — Москва : Молодая гвардия, 1999. — 403 с. : ил.

В книге собран обширный и полный материал о жизни и деятельности царя.
едф, зуф

63.3(2)4
Д 73 Царствование Ивана Грозного / сост. Е. В. Анисимов //Древняя Русь. Рюриковичи. — Санкт-Петербург, 2009. — С. 98-107.

О первых годах правления царя.
здч

«Не стоит царство без грозы»

«Так кто же он? Гений или злодей?
Реформатор или тиран?
Слава или позор России?»
Н. М. Карамзин

84(2Рос=Рус)6
А 47 Алексеев С. П. Суровый век / С. П. Алексеев ; худ. Г. Метченко. — Москва : Книга. Просвещение. Милосердие, 1994. — 191 с. : ил.

Рассказы о царе Иване Грозном и его времени.
едф, зуф, оио

84(2Рос=Рус)6
А 64 Ананьев А. А. Лики бессмертной власти : царь Иоанн Грозный / Ананьев А. А. — Москва : Новости, 1993. — 624 с.<\p>

Рассказ о военных походах царя.
едф, абю

84(2Рос=Рус)6
Б 15 Бадигин К. С. Корсары Ивана Грозного : роман-хроника времен ХVI в. / К. С. Бадигин ; худ. Л. Фалин. — Москва : Детская литература, 1991. — 383 с. : ил. Роман о жестокостях опричников во времена правления Ивана Грозного.

едф, зуф

84(2Рос=Рус)6
Р 59 Рогожкин Д. А. Иван Грозный / Рогожкин Д. А. — Москва : Сельская Новь, 1996. — 47 с. : ил.

Исторический роман о жизни царя. едф, оио 84(2Рос=Рус)1

Т 52 Толстой А. К. Князь Серебряный / А. К. Толстой ; худ. А. Парамонов. — Москва : Детская литература, 1992. — 351 с. : ил.

Роман о правлении Ивана Грозного. едф 84(2Рос=Рус)6

У 76 Усов В. А. Цари и скитальцы : исторический роман / В. А. Усов. — Ленинград : Советский писатель, 1988. — 479 с.

О борьбе Ивана Грозного с Крымским ханством.
абю

Составитель: Орлова Г. Р.
Редактор: Коновалова Н. В.

Все списки здесь.

Источник: http://www.publiclibrary-ngo.ru/resourses-spiski-21-Ivan_Grozny.html

Игорь Курукин — Повседневная жизнь опричников Ивана Грозного

Здесь можно скачать бесплатно «Игорь Курукин — Повседневная жизнь опричников Ивана Грозного» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: История, издательство Молодая гвардия, год 2010.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание «Повседневная жизнь опричников Ивана Грозного» читать бесплатно онлайн.

Иван Грозный давно стал знаковым персонажем отечественной истории, а учреждённая им опричнина — одной из самых загадочных её страниц. Она является предметом ожесточённых споров историков-профессионалов и любителей в поисках цели, смысла и результатов замысловатых поворотов политики царя.

Читайте также:  Книги про писателей

Но при этом часто остаются в тени непосредственные исполнители, чьими руками Иван IV творил историю своего царствования, при этом они традиционно наделяются демонической жестокостью и кровожадностью.

Книга Игоря Курукина и Андрея Булычева, написанная на основе документов, рассказывает о «начальных людях» и рядовых опричниках, повседневном обиходе и нравах опричного двора и службе опричного воинства.

Читатели смогут представить облик и почувствовать атмосферу опричных резиденций, где происходили пытки и молитвенные бдения, пиры и потехи опричного «братства», узнать о значении зловещих символов — метлы и пёсьей головы и истинной подоплёке кровавых погромов и казней.

И. В. Курукина, А. А. Булычева

Повседневная жизнь опричников Ивана Грозного

Учреждение это всегда казалось очень странным, как тем, кто страдал от него, так и тем, кто его исследовал.

В. О. Ключевский. Боярская дума Древней Руси

«…Декабря в 3 день, в неделю (воскресенье. — И.К., А.Б.), царь и великий князь Иван Васильевич всеа Русии с своею царицею и великою княгинею Марьею и с своими детми, со царевичем Иваном и со царевичем Феодором, поехал с Москвы в село в Коломенское и празником Николы чюдотворца празновал в Коломенском.

Подъем же его не таков был, якоже преже того езживал по манастырем молитися, или на которые свои потехи в объезды ездил: взял же с собою святость, иконы и кресты, златом и камением драгим украшенью, и суды золотые и серебряные, и поставцы все всяких судов, золотое и серебряное, и платие и денги и всю свою казну повеле взяти с собою.

Которым же бояром и дворяном ближним и приказным людем повеле с собою ехати, и тем многим повеле с собою ехати з женами и з детми, а дворяном и детем боярским выбором из всех городов, которых прибрал государь быти с ним, велел тем всем ехати с собою с людми и с конми, со всем служебным нарядом» — так начал летописец рассказ о внезапном отъезде Ивана Грозного из Москвы зимой 1564 года.

Оставшиеся в Москве бояре, приказные люди и церковные иерархи пребывали «в недоумении и во унынии», поскольку не ведали ни о цели царского «подъёма», ни о его причинах. Для них ситуация скоро разрешилась введением опричнины, и с тех пор любое учёное или художественное изображение царствования Ивана Грозного не обходится без картин лихих опричных репрессий.

Хронограф, составленный в середине XVII века, объясняет введение опричнины переменами в характере Ивана Грозного: «И потом аки чюжая буря велиа припаде к тишине благосердиа его. И невем како превратися многомудреный его нрав на нрав яр. И нача сокрушати от сродства своего многих.

Еще ж и крамолу междоусобную возлюби. И во едином граде едины люди на другая пусти, и протчия опричнины нарече. Другая же собствены себе учини».

Хронограф не называет причин произошедших с царем изменений, а некоторые тогдашние авторы связывают ожесточение Ивана Грозного со смертью первой жены, Анастасии Романовны.

Таким образом трактует появление опричнины один из кратких летописцев: «Царь Иван Васильевич сочетася законному браку, избра всечесную девицу Анастасию, дщерь вельможи Романа, при ней живя смиренномудрием и победи окрестныя царства: Казань, Астрахань, Сибирскую землю. А после смерти той царицы нрав начал имети яр и многих сокруши».

С тех пор споры и «недоумения» по поводу причин введения, целей, времени окончания опричнины, а также вызванных ею последствий не стихают на протяжении четырёх с лишним веков, а это явление остаётся одним из самых малопонятных институтов России XVI века.

«Несмотря на все умозрительные изъяснения, характер Иоанна, героя добродетели в юности, неистового кровопийцы в летах мужества и старости, есть для ума загадка», — писал в своё время Николай Михайлович Карамзин.

Государственный историограф и талантливый писатель утешал себя и читателей тем, что «между иными тяжкими опытами судьбы, сверх бедствий удельной системы, сверх ига моголов, Россия должна была испытать и грозу самодержца-мучителя: устояла с любовию к самодержавию, ибо верила, что Бог посылает и язву, и землетрясение, и тиранов; не преломила железного скиптра в руках Иоанновых и двадцать четыре года сносила губителя, вооружаясь единственно молитвою и терпением, чтобы, в лучшие времена, иметь Петра Великого, Екатерину Вторую (история не любит именовать живых)».

Более рационально мыслящим историкам пришлось труднее. Использованные нами в качестве эпиграфа слова Василия Осиповича Ключевского о странности опричнины для её современников и исследователей в полной мере характеризуют и его собственное отношение к ней.

Другой исследователь русского Средневековья, академик Степан Борисович Веселовский, был настроен ещё более скептически: «Созревание исторической науки подвигается так медленно, что может поколебать нашу веру в силу человеческого разума вообще, а не только в вопросе о царе Иване и его времени».

Конечно, начиная с середины XX века в фундаментальных трудах П. А. Садикова, И. И. Смирнова, А. А. Зимина, Н. Е. Носова, Р. Г. Скрынникова, С. М. Каштанова, С. О. Шмидта, В. Б. Кобрина, Д. Н. Альшица, А. Л. Хорошкевич и других историков эпоха царя Ивана IV и в особенности его опричная политика подверглись тщательному рассмотрению{1}.

В настоящее время появляются всё новые интересные работы{2}, совершенствуются методы исследования летописных текстов и известных сочинений Ивана Грозного и его современников, выявляются и публикуются акты того времени.

Однако до сих пор так и не прозвучала адекватная оценка деятельности как самого царя, так и его любимого детища — опричнины.

Само изучение данной проблемы уже может быть темой обширной монографии. Иван Грозный — слишком крупная и противоречивая фигура, и каждый историк, писавший о нём, оценивал государя с позиций своих социальных, этических и иных взглядов. За последние десятилетия учёными выдвигались разные концепции понимания опричнины.

Существуют точки зрения, что она была направлена против пережитков децентрализации — удельной системы, независимой от государства церкви и обособленности Новгорода (А. А. Зимин) — или против княжеско-боярской оппозиции и старых московских служилых родов (Р. Г. Скрынников). А. Л. Хорошкевич и А. И.

 Филюшкин полагают, что она была призвана мобилизовать силы страны для победы в Ливонской войне{3}, а по мнению А. Л. Юрганова, царь мыслил себя исполнителем воли Божьей по наказанию грешников в «последние дни» перед скорым Страшным судом{4}. Кто-то видит за организацией опричного «удела» создание царём тайного ордена поклонников сатаны{5}.

Иные же полагают, что опричный корпус является модернизацией по турецкому образцу — подражанием порядкам двора османских султанов с янычарской гвардией и выделенными на её содержание землями, а сам царь Иван мнил себя защитником справедливости и стал Грозным по аналогии с султаном Селимом I{6}.

Столь любопытные, хотя иногда и весьма экстравагантные гипотезы обязаны своим появлением на свет сразу нескольким факторам.

Русская историческая наука возникла и развивалась под сильным влиянием идей европейского Просвещения и выпестованной ими либеральной идеологии, с их акцентированным вниманием к проблеме прав человека и, в частности, самоценности свободного развития отдельной личности.

Именно с этих позиций доныне вершится моральный суд над Грозным и его «кровавым детищем» — опричниной, то есть события «средневекового» (применительно к российским реалиям) XVI столетия испытываются на соответствие «общечеловеческим» этическим стандартам конца XVIII — начала XXI века. Притом исследователи совсем не задаются вопросом, насколько методы обращения Ивана IV со своими недругами совпадали или, напротив, нарушали традиционные нормы поведения в эпоху Средневековья или раннего Нового времени.

В результате в массовом сознании возникает ощущение, что загадка опричнины едва ли когда-нибудь будет разгадана.

К тому же в нашем распоряжении слишком мало источников: после бурного правления царя Ивана Россия пережила Смуту, а московский пожар 3 мая 1626 года уничтожил почти всю государственную документацию предыдущего века.

Дошедшие до нас и хорошо известные сочинения самого царя, его современников и участников событий порой скупы на подробности и далеко не беспристрастны, а сообщаемые в них сведения часто невозможно проверить.

В этих условиях одни и те же известия неизбежно толкуются по-разному и порождают отмеченный ещё А. А. Зиминым факт «многозначности решения» при ответе на тот или иной вопрос: факты и события могут предполагать разные — и равно труднодоказуемые — причинно-следственные связи.

Кроме того, тяжкий крест истории как науки состоит в том, что, в отличие от, например, химии или географии, она рассматривает (и оценивает!) деятельность этнических и общественных групп, властных структур и персон, что неизбежно затрагивает интересы этих групп или их наследников, касается весьма чувствительной сферы национального самоощущения, а потому в принципе не может вызвать бесстрастного восприятия. Идеологическая заданность есть вещь трудноустранимая, в том числе и потому, что общество (или хотя бы какая-то его часть) осмысливает тревожное настоящее, обращаясь к прошлому, а государство нуждается в чётком осознании его гражданами опорных вех и направления развития, особенно в нынешний переходный период от «советского» строя, не совсем понятного даже историкам, к пока ещё неизвестно какому.

Источник: https://www.libfox.ru/288477-igor-kurukin-povsednevnaya-zhizn-oprichnikov-ivana-groznogo.html

Литература эпохи Ивана Грозного

В первые десятилетия XVI в. заканчивается собирание отдельных вотчинно-феодальных областей вокруг Москвы.

Возникает единое Московское государство с централизованной властью самодержца — московского царя, который, опираясь на служилое дворянство, стремится обуздать своеволие удельных князей и бояр.

Литература этого времени отражает напряженное противостояние, а также содержит апологию могущества и величия Московского царства. Москва видится как третий Рим, священный град, средоточие православной святыни, который будет стоять вечно.

Публицистика XVI в

«Царь Иван Грозный». Картина художника В. Васнецова. 1897 г.

Публицистические жанры переживают расцвет в русской литературе в годы правления Ивана IV Грозного. Главными становятся вопросы о праведной и неправедной власти, о правильном устройстве государства и предназначении различных сословий, о соотношении религиозной веры и справедливого закона.

Заметной фигурой был Иван Пересветов, автор нескольких публицистических повестей («Сказание о царе Константине», «Сказание о Магомет-салтане» и др.) и челобитных к Ивану Грозному. Он выступает как апологет самодержавного Московского государства и выразитель интересов дворянства.

Боярская партия выдвигает незаурядного публициста, плодовитого писателя — князя и царского воеводу Андрея Курбского. Он автор писем к Грозному и «Истории князя великого Московского», написанных им в Литве, куда он бежал в 1564 г., опасаясь гнева царя после проигранного сражения в Ливонии.

В первом своем послании царю Курбский обвинил его в жестокости, убийстве безвинных жертв, упрекнул за отказ советоваться с боярами и призвал Бога рассудить его с царем-злодеем на Страшном суде.

Уязвленный Иван Грозный ответил боярину посланием, в котором заявил, что волен казнить или жаловать любого из подданных, не давая другим в том отчета. Но упрек в тиранстве и нечестивости он отверг и, в свою очередь, грозил князю Божиим судом.

Затем боярин написал еще два послания, на которые царь также ответил письмом. Курбский назвал стиль Грозного «широковещательным и многошумящим». Действительно, стиль Грозного глубоко индивидуален, его нельзя спутать со слогом других древнерусских авторов.

Читайте также:  Книги про мировую войну

Его послания эмоциональны, архаические книжные обороты соседствуют с разговорными и даже просторечными фразами.

По преданию, богатая библиотека Ивана Грозного была замурована в подвалах царского дворца в Москве. Ее основу составили книги Константинопольской библиотеки, полученные московским государем в приданое за дочерью византийского императора Софьей Палеолог.

После взятия Казани собрание пополнилось за счет арабских манускриптов царя Сафи-Гирея. Всего же библиотека насчитывала около 800 уникальных рукописных книг: «История» Тита Ливия, «Энеида» Вергилия, сочинения Цицерона и других античных и средневековых авторов.

Поиски легендарной библиотеки продолжаются до сих пор.

«История о Казанском царстве»

Восхваление Московского царства и его главы Ивана Грозного характерно для «Истории о Казанском царстве» (сохранилось около 200 его списков). «История» была написана около 1565 г. Ее автор был пленен татарами и пробыл в плену двадцать лет, а после взятия Казани Грозным поступил на службу к русскому царю.

«История» написана человеком с незаурядным вкусом, владевшим образной, художественной речью.

Поэтично и трогательно передаются плач казанской царицы, вспоминающей былое величие своего царства, скорбь царицы Анастасии, проводившей в поход на Казань своего царственного супруга.

Выразительно описаны былые набеги казанцев на Русскую землю, красочно изображено бесстрашие русского войска и триумф Ивана IV, с победой возвратившегося в Москву.

«Домострой»

Созданные в середине XVI в. «Домострой», «Стоглав», «Азбуковник» также находились в тесной связи с официальной идеологией. «Азбуковник», написанный в форме энциклопедического словаря излагает систему знаний и воззрений, обязательных для благомыслящего читателя. «Стоглав» заключает свод постановлений церковного Стоглавого собора 1551 г. по разным религиозным и житейским вопросам.

«Домострой» ставит цель до мелочей регламентировать поведение состоятельного благонамеренного горожанина в религиозной, общественной и семейной сферах.

Он состоит из трех частей: о поклонении церкви и царской власти, о внутрисемейных отношениях («мирское строение») и ведении хозяйства («домовое строение»).

В малейших деталях предстает здесь бытовой уклад, которым должна руководствоваться благочестивая семья, возглавляемая домовладыкой — мужем и отцом. В «Домострое» отчетливо заметна ориентация на монастырский устав.

Источник: http://tululu.org/drevneruss/epoha_ivana.html

Читать онлайн «Иван Грозный», автора Скрынников Руслан Григорьевич

Руслан Скрынников

Введение

Смерть отца

Правительница Елена Глинская

Иваново детство

Царский титул

Мятеж в Москве

Почин

Первая война

Учитель жизни

Реформы

Взятие Казани

«Мятеж» в Думе

Избранная Рада

Авторитет Сильвестра

Ересь

Продолжение реформ

Война за Ливонию

Отставка Адашева

Поход на Полоцк

Раздор с боярами

Царь-летописец

Противостояние

Был ли Грозный писателем?

Измена Курбского

Царское завещание

Роковые решения

Указ об опричнине

Опричная гроза

Земский собор

«Заговор» Федорова

Террор

Начало великого разорения

Судьба княжат

Новгородский разгром

Московское дело

Победы и поражения

Незавершенное расследование

Марфа Собакина

Монашеское братство

Опричный Новгород

Последнее опричное правительство

Разгром Крымской орды

Отмена опричнины

Итоги опричнины

Кровопролитие

Начало книгопечатания

Татарский хан на московском престоле

Борьба за польскую корону

Ливонские победы

Политика «двора»

Конец войны

«Священство» и «царство»

Сибирская одиссея

Закрепощение сословий

Юрьев день

Семейная жизнь Грозного

Последний кризис

Смерть Грозного

Историческая роль

Приложение

Руслан Скрынников

Иван Грозный

Введение

В XVI в. в истории европейских народов наступили большие перемены. Мир стоял на пороге Нового времени.

Великие географические открытия положили начало мировой торговле. Реформация вписала новую страницу в историю духовного развития мира.

Завоевания турок-османов побудили европейцев искать новые пути на Восток.

Португальцы завязали сношения с Китаем и Японией, испанцы, англичане и французы приступили к завоеванию Америки. Плавание английских кораблей, посланных для открытия северо-восточного пути в Китай, положило начало торговле Англии с Россией через Белое море.

В начале XVI в. территория Русского государства была сравнительно невелика.

Границы проходили в районе Нижнего Новгорода, Рязани, Вязьмы и Чернигова.

Численность населения едва ли превышала 7-9 миллионов человек. Во второй половине столетия из-за разрухи русское население стало покидать насиженные места и переселяться на северные земли — в Поморье и Приуралье, а также в южные степи — «Дикое поле». Подъем городов и торговли продолжался до середины XVI в.

При Иване III русские покончили с татарским игом. Однако на протяжении всего столетия южные пределы страны и даже Москва подвергались нападениям кочевых орд.

Россия значительно отставала от стран Западной Европы. Но ее культура развивалась как часть европейской культуры. Ее успехи в сфере летописания и книгопечатания, литературы, живописи и архитектуры, прикладных искусств были весьма значительны. Национальное сознание переживало подъем. Далекая Московия ощутила ветры европейской Реформации.

Объединение русских земель не привело к немедленному исчезновению традиций и порядков раздробленности. Земли, признавшие власть Москвы, были экономически разобщены. Общество живо ощущало потребность реформировать отжившие институты управления. В России нарождалось самодержавие.

То была трудная и трагическая эпоха. С этой эпохой неразрывно связана личность Ивана IV Васильевича Грозного, первого русского царя. Его фигура издавна привлекала внимание историков и писателей, художников и музыкантов.

В глазах одних он был едва ли не самым мудрым правителем средневековой России, в глазах других — подозрительным и жестоким тираном, почти сумасшедшим, проливавшим кровь ни в чем не повинных людей.

Едва ли в русской истории найдется другой исторический деятель, который получил бы столь противоречивую оценку у потомков.

Кем же был Грозный и какое влияние оказала его деятельность на исторические судьбы России? При каких исторических обстоятельствах пришлось ему действовать?

В какой мере эпоха сформировала его личность и какую печать на события наложили его характер и пристрастия?

Ответ на все подобные вопросы могут дать только факты. Проследим же за ними терпеливо, со всей возможной тщательностью.

Смерть отца

Дед Грозного Иван III женат был дважды: в первый раз на тверской княжне, а во второй — на византийской царевне Софье (Зое) Палеолог. Трон должен был перейти к представителям старшей линии семьи в лице первенца Ивана и его сына Дмитрия.

Великий князь короновал на царство внука Дмитрия, но потом заточил его в тюрьму, а трон передал сыну от второго брака Василию III. Подобно отцу, Василий III тоже был женат дважды.

В первый раз государевы писцы переписали по всей стране дворянских девок-невест, и из полутора тысяч претенденток Василий выбрал Соломонию Сабурову. Брак оказался бездетным, и после 20 лет супружеской жизни Василий III заточил жену в монастырь.

Вселенская православная церковь и влиятельные боярские круги не одобрили развод в московской великокняжеской семье. Составленные задним числом летописи утверждали, будто Соломония постриглась в монахини, сама того желая. В действительности великая княгиня противилась разводу всеми силами.

В Москве толковали, будто в монастыре Соломония родила сына — законного наследника престола — Юрия Васильевича. Но то были пустые слухи, с помощью которых инокиня пыталась помешать новому браку Василия III.

Второй женой великого князя стала юная литвинка княжна Елена Глинская, не отличавшаяся большой знатностью. Ее предки вели род от знатного татарина, выходца из Золотой Орды.

Союз с Глинской не сулил династических выгод. Но Елена, воспитанная в иноземных обычаях и не похожая на московских боярышень, умела нравиться. Василий был столь увлечен молодой женой, что в угоду ей не побоялся нарушить заветы старины и сбрил бороду.

Московская аристократия не одобрила выбор великого князя, белозерские монахи объявили его брак блудодеянием. Но большей бедой было то, что и второй брак Василия III оказался поначалу бездетным.

Четыре года супруги ждали ребенка, и только на пятом Елена родила сына, нареченного Иваном. Случилось это 25 августа 1530 г. Недоброжелатели бояре шептали, что отец Ивана — фаворит великой княгини. Согласно легенде, во всем царстве в час рождения младенца будто бы разразилась страшная гроза.

Гром грянул среди ясного неба и потряс землю до основания. Казанская ханша, узнав о рождении царя, объявила московским гонцам: «Родился у вас царь, а у него двои зубы: одними ему съесть нас (татар), а другими вас».

Известно еще много других знамений и пророчеств о рождении Ивана, но все они были сочинены задним числом.

Источники официального происхождения приветствовали рождение наследника как событие, благое для всего православного мира: «Не токмо все Русское царство, но и повсюду все православнии възрадовашася, вси православнии во всех концах вселенныя радости исполнишася».

Прошло время, и церковные писатели выступили с пророчествами по поводу того, что царь Иван освободит от ига неверных колыбель и столицу мирового православия — Константинополь — «город на семи холмах».

Русский род, провозглашала «Степенная книга царского родословия», победит измаильтян «и седьмахолмого примут… и в нем воцарятся».

Прогнозы по поводу будущей славы царя и его потомков были слишком оптимистичны. Давно появились признаки того, что московская династия клонится к закату.

Потомки «старого Игоря», киевского князя варяжского происхождения, в течение семи столетий женились в своем кругу.

Московские Рюриковичи выбирали невест из семей тверских, рязанских князей и других Рюриковичей. Иван IV получил от предков тяжелую наследственность.

В его жилах кроме варяжской и славянской текла кровь императорского рода Палеологов из Византии, татар из Орды и литовских князей.

Появились признаки вырождения царской семьи. Младший брат Ивана IV князь Юрий был глухонемым идиотом. Сын Ивана Федор страдал слабоумием, а другой сын, Дмитрий, был поражен с младенческих лет «черным недугом», или эпилепсией, которая рано или поздно свела бы его в могилу.

Василий III был несказанно рад рождению первенца. Со всей семьей он отправился в Троице-Сергиев монастырь. В обитель были приглашены самые известные своей святой жизнью старцы. Первым из них был Кассиан Босой, инок Иосифо-Воло-коламского монастыря. Он достиг преклонных лет и едва передвигался. Его «яко младенца привезоша» в Троицу, а во время церемонии крещения поддерживали под руки.

Восприемниками княжича стали также игумен Даниил, призванный. из Троицкого монастыря в Переяславле-Залесском, и Иев Курцов, инок Троице-Сергиева монастыря.

Наследник был назван именем Иван в честь Иоанна Крестителя и в честь деда Ивана III.

После церемонии крещения великий князь поднял младенца на руки и перенес на гробницу Сергия Радонежского, как бы вверяя его покровительству самого славного московского подвижника.

Рождение у Василия и Елены Глинской первенца — Ивана принесло в великокняжескую семью обычные заботы и радости.

Когда Василию случалось покидать Москву без семьи, он слал «жене Олене» нетерпеливые письма, повелевая сообщать, здоров ли «Иван-сын» и что кушает.

Ото дня ко дню Олена уведомляла мужа, как «покрячел» младенец и как явилось на шее у него «место высоко да крепко». Ивану едва исполнилось три года, когда отец его заболел и умер.

Характер взаимоотношений великого князя с окружавшей его знатью никогда прежде не проявлялся так я …

Источник: https://knigogid.ru/books/186676-ivan-groznyy/toread

Ссылка на основную публикацию